Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Когда вы были беременны, вы гостили в доме миссис Артур П. Джордан… — Вулф рассказал ей о родах и спросил: — Что вы с ним сделали потом?

Только мгновение понадобилось ей, чтобы обрести голос, это был тот же самый голос, почти тот же самый.

— Я пришла сюда не отвечать на вопросы. Я здесь, чтобы задать несколько вопросов. Ваш человек наводит обо мне справки. Зачем?

Вулф поджал губы.

— У нас нет причин отрицать это, — уступил он. — Арчи, фото.

Я вытащил из ящика один из снимков, подошел и протянул ей. Она взглянула на фото, на меня, снова на фото и обратилась к Вулфу:

— Я никогда прежде не видела эту фотографию. Где вы ее достали?

— К детской коляске на Вашингтонской площади были прикреплены фотоаппараты.

Это ее расстроило. Ее рот приоткрылся и оставался таким некоторое время. Она снова взглянула на фото, разорвала его пополам, потом еще раз и положила обрывки рядом с собой."

"— У нас есть еще, — сказал Вулф. — Если хотите, можем подарить на память. Камера сняла около сотни людей, но ваше фото вызвало особый интерес.

— Боже… — вырвалось у нее, — так вот почему Люси это сделала. Вы ее заставили.

— Вы знаете Лео Бингхэма?

— Вам это известно. Вы ведь шпионили за мной.

— А Юлиана Хафта?

— Да.

— И, конечно же, Виллиса Крага, так как вы были женаты. Кто-нибудь из этих троих является отцом ребенка?

— Нет.

— Ричард Вэлдон был его отцом?

Молчание.

— Вы ответите мне, мадам?

— Нет.

— Вы не станете отвечать или он не отец ребенка?

— Я не буду отвечать.

— Советую вам обратное. Известно, что вы раньше были близки. Легко установить: возобновили ли вы связь весной прошлого года.

Молчание.

— Когда пятого февраля вы прибыли в Нью-Йорк с ребенком, что вы с ним сделали?

Ответа нет.

— Через некоторое время вы оставили его в доме Люси Вэлдон на Одиннадцатой улице? Где вы были в пятницу вечером восьмого июля?

Она встала и направилась к дверям. Должен признать, она шла прямо и плавно. Мне пришлось поспешить, чтобы успеть открыть ей входную дверь. Я вернулся.

— Бррр, — произнес Вулф.

— Последний вопрос, — предложил я.

— О чем?

— Вряд ли она не знает об Эллен Тензер. Если уж мы начали с ней работать, следовало бы иметь поблизости Саула.

— Она простовата.

— Сомнительно.

— Тогда мог ли даже Саул проследить за ней?

— Возможно, и нет. Зачем вы спросили ее о восьмом июля?

— Она явилась выяснить, как много мы знаем. Нужно было дать ей понять, что наш интерес не ограничивается ребенком и ее беременностью, что мы интересуемся, пусть косвенно, смертью Эллен Тензер.

— О'кей. Что дальше?

— Понятия не имею, — он мрачно посмотрел на меня. — Я буду думать. Возможно, захочу увидеть Бингхэма, Хафта и Крага и спросить, почему они не опознали женщину на фотографии. Впрочем, это может быть пока неуместно. Ладно. Я подумаю.