Всё о Ниро Вульфе. Том 3

— Не будет ли это слишком для человека с ее происхождением и положением?

— Если у нее есть здравый смысл и совесть ее чиста, она все нам расскажет. Окружной прокурор пока ничего не может узнать от ее адвоката и доктора, поскольку они находятся в привилегированном положении. Положение няни, кухарки и служанки иное, но им уже заткнули рот. Однако миссис Вэлдон не может быть матерью ребенка. Она не рожала в интересующее нас время.

— Я дал вам слово, — сказал Вулф.

— Это я слышал.

— Сейчас я даю вам слово, что не знаю о происхождении и воспитании ребенка, о том, кто его оставил в вестибюле. Я знаю не больше, чем вы.

— Я в это не верю.

— Чепуха. Если я даю слово, я ничем не обесчещу это прекрасное старое выражение. Но…

Крамер почти зарычал:

— Тогда что же, ради бога, вы знаете? Зачем она наняла вас?

— Ребенок был завернут в одеяло, к которому была приколота записка, напечатанная на детском гектографе. Поэтому…

— Что в ней говорилось?

— Дайте мне закончить. Записка привела ко мне миссис Вэлдон. В качестве следа записка не дает ничего. Если я…

— Где она?

— Я не могу допустить, чтобы дела моей клиентки получили широкую огласку. А это…

— Я хочу получить записку и немедленно!

— Вы прерывали меня четыре раза, мистер Крамер. Пределы моего терпения не бесконечны. Обстоятельства таковы, что я приберегу эту записку. Скажу только, что она не помогла бы вам найти убийцу. Миссис Вэлдон наняла меня найти мать ребенка — это очевидно. Вот и все. Мои свидетельские показания закончены.

— Если вы оставляете записку у себя, зачем вы о ней рассказали?

— Для того, чтобы вы поняли, наконец, какие страдания испытывает миссис Вэлдон из-за этого ребенка. А если в вашей голове засела мысль получить записку по постановлению судьи, то вы зря беспокоитесь.

Крамер встал, шагнул вперед, бросил сигару в корзину для бумаг и, как всегда, не попал. Потом посмотрел на Вулфа и сказал:

— Я не верю в существование этой записки. Недаром вы не поклялись с помощью вашей прекрасной старой фразы. Я арестую миссис Вэлдон.

Вулф ударил кулаком по столу:

— И это после всего! Я потворствовал вам во всем возможном, а вы собираетесь мучить миссис Вэлдон!

— Вы чертовски правы, собираюсь.

Крамер шагнул по направлению двери, вспомнил о шляпе, вернулся за ней и промаршировал к выходу из кабинета. Когда я вернулся, проводив его, Вулф сказал:

— Ни одного упоминания об анонимных письмах. Стратегия?

— Вряд ли. При его настроении он открыл бы все карты, какие у него есть.

— Значит, это не Аптон донес. Но какая разница? К Вэлдон ведет дюжина линий.

— Она не знает ничего, о чем бы не знал он, если не считать записки.

— Может быть, посоветовать ей рассказать обо всем, кроме записки?

— Нет. Если она ответит на десять вопросов, они зададут их миллион.