Всё о Ниро Вульфе. Том 3

— Большой, солидный, с крупным носом и широким ртом. Усердно пытается быть вежливым?

— Да.

— О'кей. Мой любимый фараон. Не волнуйся. Поиграй на рояле. Я приеду через двадцать минут после того, как буду уверен, что нет слежки.

Я набрал номер по домашнему телефону — Вулф находился в оранжерее. Я сообщил ему о звонке миссис Вэлдон и спросил:

— Какие будут инструкции?

— Никаких. К черту.

— Понимаю, сэр. Привезти ее?

— Нет, если обстановка позволит.

Я отправился на кухню, велел Фрицу быть внимательным к телефону и входной двери, пока я не вернусь. Выйдя на улицу, я автоматически огляделся, хотя пока мне было совершенно безразлично, есть ли за мной хвост или нет. Но почти наверняка они наблюдают за домом Люси Вэлдон.

Мне не пришлось нажимать на кнопку звонка — дверь ее дома была открытой, а на пороге стояла сама Люси. Она не произнесла ни слова. Когда я переступил порог, она закрыла дверь и направилась к лестнице. По-видимому, она старалась забыть о стремительном развитии наших отношений, касающихся дел сердечных. Один марш по лестнице вверх, она вошла в большую комнату, закрыла дверь и сказала:

— Он спросил меня, знала ли я Эллен Тензер?

— Это естественно.

— Ты стоишь здесь и говоришь «естественно»… Если бы я не пошла к Ниро Вулфу… она не была бы убита. А теперь они знают о Вулфе, знают о ребенке… Я собираюсь рассказать им все. Поэтому я попросила тебя придти. Объясни: куда идти, кому рассказывать? Окружному прокурору? Ты пойдешь вместе со мной?

— Нет. Я могу позвонить?

— Вулфу? Зачем?

— Хочу сказать ему, что ты дала ему отставку.

— Я не говорила этого.

— Вы напуганы, миссис Вэлдон. Мы с вами обсуждали несколько раз, что будет, если они до вас доберутся. Мы договорились о том, что будем упорствовать, пока возможно. Вы позволили нам решать, где предел этих возможностей. Вы хотели, чтобы я объяснил вам законы, касающиеся отказа от свидетельских показаний, и я сделал это. Что же касается увольнения Вулфа, можете назвать это как-то иначе, например, освобождением от полномочий. Это звучит лучше. Я позвоню ему снизу.

Я хотел уйти — она вцепилась в мою руку.

— Арчи!

— Послушайте, — сказал я, — я не разыгрываю здесь спектакль. Но будь я проклят, если собираюсь сидеть на корточках, снимать с вас туфли и греть ваши холодные ноги.

Ее руки обвились вокруг моей шеи, она прижалась ко мне. Пятнадцать минут спустя мы сидели на диване с бокалами мартини, и она говорила:

— То, что ты сказал о смешивании деловых и личных отношений, глупо. Мы начали это месяц назад… я не пыталась с тобой флиртовать. Господи, как ты можешь выносить такую глупую женщину, как я."

"— Не могу. Не мог.

— Что? — Она нахмурилась. — О, сверх меры благодарна.