Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Вошел я туда, судя по моим часам, в 4.12 и до четверти седьмого, то есть за два часа с лишним, съел кусок яблочного пирога, два куска пирога с ревенем, кусок пирога с зелеными помидорами, порцию шоколадного торта, выпил четыре стакана молока и две чашки кофе. Все это время я сидел у окна, из которого мне был хорошо виден подъезд дома № 87 на другой стороне улицы. Чтобы не привлекать излишнего любопытства к моему длительному пребыванию тут, я положил перед собой на столик блокнот и рисовал кошку, спящую на стуле рядом. В Гринич-Виллидже этим можно объяснить все, что угодно. Кстати говоря, пироги здесь оказались более чем удовлетворительными, и мне даже захотелось взять кусок домой для Фрица. В четверть седьмого, когда на улице стало темнеть, только я попросил счет и закрыл свой блокнот, как перед домом № 87 остановилось такси, из которого вышел Красавчик Бэйн. Настроение у меня поднялось, и я даже добавил четвертак к чаевым.

В подъезде здания сразу же напротив дома № 87, в котором я уже топтался в четверг, было далеко не так уютно, как в «Уютном уголке Эми», но вечером вам всегда нужно быть поближе к объекту наблюдения, каким бы хорошим ни было ваше зрение. Я мог только надеяться, что Бэйн не намеревается провести весь вечер дома за книгой или без нее, но решил, что это маловероятно, поскольку он должен был поесть, а я сомневался, чтобы он сам готовил себе. В одном из окон на пятом этаже загорелся свет, и я получил возможность чем-то заняться, так как мне пришлось каждые полминуты вертеть головой, чтобы убедиться, не погас ли он. У меня уже начала болеть шея, когда в 7.02 свет, наконец, погас. Через несколько минут объект вышел из дома и пошел направо.

Вести слежку в одиночку в Манхэттене, даже если объект наблюдения неопытен, скажем прямо, кошмарное занятие. Вдруг, например, он остановит такси… Вообще говоря, подобных «вдруг» сотни, и все они благоприятствуют объекту, но, конечно, всякая игра становится интереснее, если шансы не на вашей стороне, а вы все же в конце выигрываете. Это усиливает ваше уважение к себе. Разумеется, если объект знает вас, слежку легче вести вечером. Правда, в этот раз я не мог утверждать, что мне все же удалось перехитрить Бэйна, так как никаких «вдруг» не произошло. Все ограничилось десятиминутной прогулкой. Он вышел на Арбор-стрит, пересек Седьмую авеню и через три квартала вошел в забегаловку, на окне которой было написано «Закусочная Тома». Возникла ситуация, при которой то обстоятельство, что Бэйн знал меня, оказалось особенно досадным, ибо войти вслед за ним я не мог. Мне оставалось лишь найти снаружи подходящее место для продолжения наблюдения, что я и сделал. Почти напротив, на другой стороне улицы, оказался узкий проход между домами.