Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Он вышел из кухни, спустился в холл, через минуту вернулся и сказал:

— Мистер Эрнст Хаусман. Он сказал, что вам известно его имя.

Вульф посмотрел на меня, но не так, как смотрят на друга или хотя бы на постоянного помощника.

— Арчи. Это твое дело.

Я проглотил кусок омлета.

— Нет, сэр. Ваше. Не забудьте про «Газетт». Я только следовал инструкциям. Вы сказали: убийца может решить, что необходимо что-то сделать. И вот он здесь.

— Тьфу! В пургу?

Он и правда так считал. В один прекрасный день он решился рискнуть своей жизнью, поехав по личному делу, это произошло вечером, и шел снег.

— Он был вынужден, — сказал я. — Узнав, что вы занимаетесь этим делом, он понял, как ему следует поступить, и пришел исповедоваться.

Я отодвинул стул и встал. Если человек явился без предварительной договоренности, раньше, чем мы допили свой кофе, то Вульф способен передать ему через Фрица, чтобы он пришел завтра утром.

— Хорошо, Фриц, — сказал я. — Я это сделаю.

Глава 4"

"Мы всегда пьем свой послеобеденный кофе в кабинете главным образом потому, что кресло у его письменного стола — единственное, где Вульф может разместиться достаточно удобно. Конечно, и гостю пришлось предложить кофе. Он сказал, что попробует, он очень разборчив в этом, а когда Фриц поставил чашку на столик у красного кожаного кресла и хотел налить, он сказал, что чашка слишком мала, и попросил Фрица принести побольше.

Он не выглядел на свои семьдесят два года, и мне пришлось признать, что он не похож на убийцу, впрочем, убийцы редко бывают похожи на убийц. Одно было ясно: если он все же убил, то мог использовать именно яд, потому что ружьем, ножом или дубинкой он мог посадить пятна на свой превосходно сшитый трехсотдолларовый галстук, испачкать свои изящные маленькие руки или даже забрызгать кровью свое чистенькое личико с тщательно расчесанными усами.

Он взял большую чашку и отпил.

— Неплохо, — признал он.

У него был тонкий, жеманный голос. Он отпил еще.

— Неплохо. — Он посмотрел вокруг. — Хорошая комната. Даже неожиданно для человека вашей профессии. Этот глобус там, я заметил его, когда вошел, какого диаметра? Девяносто сантиметров?

— Восемьдесят пять.

— Самый лучший глобус, какой я когда-либо видел. Я дам вам за него сто долларов.

— Я заплатил пятьсот.

Хаусман покачал головой и отпил кофе.

— Он не стоит этих денег. Вы играете в шахматы?

— Теперь нет. Когда-то играл.

— И хорошо?

Вульф поставил свою чашку.

— Мистер Хаусман. Я полагаю, что вы пришли вечером, в пургу, не для этого.

Гость потянулся за кофе.

— Да уж. — Он продемонстрировал нам свои зубы. Это не было улыбкой, просто его губы вдруг раздвинулись настолько, чтобы показать зубы, а потом сомкнулись. — Но прежде, чем перейти к делу, мне нужно узнать вас.