Всё о Ниро Вульфе. Том 3

— Благодарю вас, мистер Гудвин.

Она стала подниматься по лестнице, Фриц исчез на кухне, я поплелся следом. Налив себе молока из холодильника, я уселся за маленький столик возле стены, где стоял внутренний телефон, и позвонил наверх в оранжерею.

— Да?

— Я. Мисс Вассоз ушла в свою комнату, я на кухне. Рапортую о посещении миссис Эшби.

Я доложил, как положено.

— Я посчитал, что приглашать сюда эту особу небезопасно. Мне бы пришлось тащить ее по ступенькам крыльца на руках. Обратите внимание на то, что я не выудил у нее хитростью сообщение о том, что она приходила на работу к мужу в понедельник утром, она сама об этом рассказала. Вывод напрашивается сам собой… Каковы инструкции касательно компании в офисе?

— Никаких.

— Наверху я вам не нужен?

— Нет. И хватит меня отрывать от дела.

Гений. Если у него имелась программа помимо нынешней «разведки наугад», в чем я сильно сомневался, мне нетрудно было докопаться, какая роль отводилась мне.

Я не спеша допил молоко, прошел к нише в холле, сдвинул в сторону панель, закрывавшую треугольное отверстие в стене, которое со стороны кабинета замаскировано картинкой с водопадом. Через это отверстие можно наблюдать из холла за всем происходящим в офисе.

Джон Мерсер, президент «Мерсерз Боббинз», сидел в красном кресле, откинувшись на его спинку, и похлопывал обеими ладонями по подлокотникам. Его седые волосы были очень редкими, но лысина пока не образовалась, вообще он больше походил на отставного морского офицера, а не на фабриканта катушек.

Для двух других посетителей Фриц поставил прямо перед столом Вульфа желтые кожаные кресла. Эти двое разговаривали между собой приглушенными голосами, как это делают находящиеся в приемной у врача пациенты, насколько я сумел разобрать о каком-то не то состоявшемся, не то несостоявшемся телефонном звонке. Филип Хоран был широкоплечим и длинноруким верзилой с вытянутым костлявым лицом и быстрыми карими глазами. Фрэнсис же Кокс была крупной особой, далеко не пушинкой, но не безобразной, про таких обычно говорят «пышечка». Ничто в ее умном, безмятежно спокойном лице не говорило о том, что на протяжении трех последних дней ей здорово потрепали нервы.

Я оставался на посту, мысленно давая каждому из них оценку, пока не раздался скрип лифта; затем подошел к двери офиса, распахнул ее и замер на пороге, пропуская вперед Вульфа. Тот прошел к письменному столу, остановился, поочередно осмотрел всех присутствующих, задержал взгляд на Мерсере и заговорил:

— Вы Джон Мерсер?

— Да.

Это прозвучало хрипло, и Мерсер поспешил откашляться:

— Мисс Фрэнсис Кокс, мистер Хоран. Мы хотели бы…

Вульф жестом руки остановил его:

— С вашего разрешения…

Я прошел к своему столу. Вульф кивнул в мою сторону:

— Мистер Гудвин.

Сам он продолжал стоять.