Всё о Ниро Вульфе. Том 3

"

"– Вам пришлось бы очень долго убеждать меня, что вы были там все время и никуда не отлучались, будь у меня серьезные основания полагать, что это вы убили Йигера. Но я не могу и утверждать, что вы его не убивали. Алиби, хорошее или плохое, не то, что мне от вас нужно. Вы говорите, что никогда не видели Марию Перес и не говорили с ней. Вчера ночью ее мать позвонила мне и попросила приехать. Я приехал, осмотрел комнату девушки и нашел целую коллекцию занятных предметов под вторым дном в ящике комода. Среди них были три ваши фотографии. А еще некоторая сумма денег в пятидолларовых купюрах, которую она скрывала от родителей. Я с вами откровенен, мисс Дункан. Я уже сказал вам, что мистер Вульф предпочел бы раскрыть это дело так, чтобы полиция никогда не узнала о комнате и людях, посещавших ее. Но если в полиции узнают о ней – не от нас, – тогда берегитесь. Проблема не только в том, что вы, придя туда, нарвались на мистера и миссис Перес и на меня и забыли там ваш портсигар. Что, если они обнаружат ваши отпечатки пальцев на этих купюрах?

Вот повезло так повезло! Хотел бы я сказать, что двигался в том направлении, куда меня направляло чутье, но начни я приукрашивать свои отчеты, кто знает, куда бы меня занесло? Нет, я просто сидел на краешке ее постели и мел языком. Если Мег Дункан что-то недоговаривала, утверждая, будто после спектакля пошла домой, я хотел по возможности выудить это из нее. Какая удача, что я ввернул про деньги и не упомянул, что фотографии вырезаны из газеты и журнала!

Удача или нет, но это сработало. Она вцепилась в мое колено той самой рукой, которой так пластично жестикулировала на сцене, и воскликнула:

– Боже мой, бумажные деньги! На них остаются отпечатки пальцев?

– А как же.

– Где они?

– В сейфе в кабинете мистера Вульфа. Как и фотографии.

– Я давала ей только одну. А вы говорите – три.

– Две другие – из журнала и газеты. Когда вы дали ей фотографию?

– Я… Я не помню. Так много…

Моя левая рука опустилась на покрывало там, где под ним скрывалась ее нога, точнее, колено. Пальцы, естественно, применились к изгибу, на который легли. Конечно, было бы непростительной ошибкой с моей стороны, если бы я послал руке осознанный приказ, но я его не посылал. Впрочем, и руку я не виню: она всего лишь воспользовалась возможностью, которой не упустила бы ни одна проворная рука.

Отклик оказался стремительней и горячее, чем можно было ожидать. Эта женщина легко уступала наплыву чувств. Она рванулась вперед, я подался навстречу, видимо ожидая, что она вцепится мне в лицо ногтями. Но ее руки обвились вокруг моей шеи, она увлекла меня за собой вниз, и вот я уже почти лежал на ней, по крайней мере от талии и выше, уткнувшись лицом в подушку. Она покусывала мою шею, не больно, так сказать любя.