Всё о Ниро Вульфе. Том 3

 — Они получили идею и затем даже не вылезли из комнаты за какой-нибудь другой. — Она сидела на полу, вытянув ноги и прислонившись спиной к кушетке. — Я согласна с Кэрол, что не доказано, что кто-то из нас вернулся обратно за другой тарелкой. Ведь Золтан сказал, что он не видел, чтобы кто-нибудь вернулся. Не так ли?

— Да. Он и сейчас так говорит.

— Тогда он тоже остолоп. И он сказал, что никто не взял две тарелки. Не так ли?

— Да. Он и сейчас это повторяет.

— Тогда, как они могут знать, в чем он не прав? Мы все нервничали, вы это знаете. Может быть, одна из нас взяла две тарелки вместо одной, и, когда она пришла в столовую, у нее оказалась лишняя, и она избавилась от нее, отдав какому-то гостю, у которого тарелки не было.

— Почему же она тогда об этом не сказала? — спросил я.

— Потому что она была напугана. То, как Ниро Вульф на нее набросился, могло испугать кого угодно. А сейчас она не скажет об этом, потому что она подписала бумагу и теперь еще больше напугана.

Я покачал головой.

— Мне жаль, но если вы это проанализируете, то увидите, что оно не подойдет. Это очень сложно. Вы можете проделать такой опыт, какой я делал днем. Возьмите двадцать четыре кусочка бумаги и на двенадцати из них напишите имена гостей и положите их так, как они сидели за столом. На двенадцати других кусочках напишите имена двенадцати девушек. Затем попытайтесь манипулировать двенадцатью кусочками с девушками так, чтобы одна из них или принесла две тарелки сразу и не дала одну из них Пайлу, или вернулась обратно за второй тарелкой и не дала ни первую, ни вторую Пайлу. Это невозможно. Так как, если бы одна из этих вещей случилась, то не могло бы быть перепутано один раз, тогда тарелки должны были быть перепутаны два раза. Так как там путаница произошла только один раз, у Пайла не было возможности быть обслуженным девушкой, которая не принесла две тарелки сразу или вернулась обратно за второй тарелкой. Поэтому теория, что девушка принесла невинно две тарелки, отпадает.

— Я в это не верю, — решительно заявила Нора.

— Это не вопрос веры, — я все еще был симпатичным. — Вы также можете сказать, что вы не верите в то, что два плюс два — четыре. Я покажу вам. Можно мне немного бумаги? Какой-нибудь старой?

Нора пошла к столу и принесла бумагу.

Я взял мою ручку и написал двадцать четыре фамилии, оставив между ними промежутки, и разорвал бумагу на двадцать четыре кусочка. Затем я встал на колени на ковер и разложил двенадцать кусочков с именами гостей в том порядке, в каком они сидели за столом — не потому, что это имело значение, а так было проще. Девушки собрались вокруг. Нора опустилась на колени лицом ко мне. Люси придвинулась поближе и оперлась на локти.