Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Я скажу вам то же самое, что сказал в полиции и окружному прокурору. Я не только не располагаю ни малейшими сведениями, которые могли бы вас заинтересовать, но даже не могу составить какое бы то ни было мнение на этот счет. Я даже не могу себе представить, кому предназначалась бомба — Оделлу или мне. Да, комната моя и ящик мой, но взорвался-то Оделл. И еще я скажу вам, что меня вовсе не удивляет, что миссис Оделл решила прибегнуть к вашим услугам, и я тем более не расположен винить ее за это. Прошло почти три недели, а официальное расследование, похоже, окончательно зашло в тупик.

Вульф кивнул.

— Возможно, мне повезет больше. Мисс Лугос? Тот же вопрос."

"— Я могу сказать то же самое, что и мистер Браунинг, — ответила она. Голос ее не шел ни в какое сравнение с голосом миссис Браунинг — он был выше, да и звучал резковато. — Я ровным счетом ничего не знаю. Абсолютно ничего.

Лгунья из нее тоже была никудышная. Если вам довелось на своем веку задать добрый миллион вопросов доброму десятку тысяч людей, то, хотя вы и ловите собеседников на лжи не столь часто, как хотелось бы, все же вы оказываетесь правы куда чаще, чем ошибаетесь.

— Мистер Мир?

Разумеется, я не сбрасывал со счетов и Кеннета Мира. Как и все прочие, кто читает в газетах про убийства, я знал, что он был четвертым или пятым, кто оказался в кабинете Браунинга после взрыва, следовательно, на кровь он насмотрелся, однако одно лишь это не могло послужить причиной навязчивой идеи об окровавленных руках, которая привела его в клинику к психотерапевту. Вполне очевидно, что он мог подложить бомбу, но, конечно, не для Браунинга; если же она предназначалась Оделлу, то откуда он мог знать, что именно Оделл полезет в этот ящик? Впрочем, миссис Оделл с легкостью подсказала ответ: Браунинг сказал ему сам. И все-таки, как он ответит на вопрос Вульфа?

Мир разразился речью, заготовить которую очевидно успел, пока шло обсуждение.

— Я полагаю, что вероятность того, что человек, заложивший бомбу в ящик стола Браунинга, присутствует здесь, чрезвычайно велика. И это все, что я вам могу сказать. Ни причины, ни имени назвать я не могу.

— Не можете или не хотите?

— Какая разница? Считайте, что не назову, — и все.

— Но если я спрошу вас… Впрочем, не буду. Это может подождать. Мисс Веннер?

Увы, ямочки куда-то исчезли. Вид у нее был довольно хмурый. Вот и сейчас она прищурилась и сказала:

— Я что-то не понимаю. Вы, как мне кажется, отнюдь не глупец, но то, что здесь происходит, кажется мне каким-то балаганом. Я не понимаю, зачем вы его устроили. Даже если бы я и считала, что могу назвать вам имя человека, подложившего бомбу, стала бы я это делать здесь, в присутствии всех этих людей? Мистер Эбботт возглавляет компанию, в которой я работаю, а мистер Браунинг скоро станет ее главой.