Всё о Ниро Вульфе. Том 3

— Прошлым летом он прожил здесь шесть недель. В каких-то четырех милях отсюда.

— Да хоть в четырехстах милях. Жаль, что не так. Билл Фарнэм пускает к себе на ранчо городских хлыщей и с этого живет. А на нашем ранчо все вкалывают. Харвей и Билл однажды поцапались, это верно. Вы сами здесь были, когда несколько наших коров и бычков нашли брешь в изгороди и удрали в лес, а один из фарнэмских хлыщей подстрелил бычка. В гости мы не ходим. Я знаю о том, что Альма познакомилась с Броделлом на танцах только потому, что она сама мне это сказала. В прошлом году она ни разу и словом о нем не обмолвилась, но если вы мне не верите, то это ваши трудности. Значит, доктора вы исключаете?

— Я никого не исключаю. Даже вас я не подозреваю только потому, что, окажись вы убийцей, нам бы это ничего не дало. Какой смысл был бы менять вас с Харвеем?

— Если бы стреляла я, я бы в плечо не попала, будьте уверены.

— Если бы специально так не захотели. — Мы смотрели друг другу в глаза. — Я ведь вас об этом не спрашивал, верно?

— О чем?

— Вы ли застрелили его.

— Нет. Дважды нет. Вы меня не спрашивали, а я в него не стреляла. Вам, должно быть, позарез нужна жертва.

— Еще бы. Но я спрашиваю не просто так. Давайте посмотрим, согласитесь ли вы со мной по поводу трех высказываний. Первое; вы не Харвей, вы это вы, и вы — женщина, следовательно вы могли бы выстрелить мужчине в спину. Второе: стреляете вы отменно и можете попасть в то место, куда целите, с точностью до полудюйма.

— Не до полудюйма. Я попаду именно туда, куда целюсь.

— Хорошо. Теперь третье. Многие, в том числе Хейт и Джессап, утверждают, что Харвей сперва выстрелил в плечо Броделлу, чтобы тот развернулся, а потом — в шею, поскольку все знали, что Харвей классный стрелок, и он специально стрелял так, чтобы подумали, что убийца стреляет неважно. Но беда в том, что Харвей просто на это не способен. Так уж устроен его мозг. Вы — другое дело. Вам бы такие мысли как раз могли прийти в голову. Вы согласны?

Уголок ее рта дернулся вверх.

— Лили, — произнесла она.

— Что Лили?

— Это она думает, что я его убила, да?

— Если и думает, то вслух не говорит. Все это сугубо между нами. Даже если бы Лили мне что-нибудь и сказала, я всегда думаю и делаю выводы сам. Так вы согласны с моими высказываниями?

Уголок ее рта оставался приподнятым.

— Предположим, да, и что тогда? Вы сами оказали, что нет никакого смысла в том, чтобы поменять местами нас с Харвеем. Или вы на самом деле думаете иначе?

— Нет, конечно. Я просто хотел бы обсудить кое-какие возможности. Предположим, что убили Броделла вы, а я продолжаю действовать так, словно этого не знаю. Что тогда? Я не смогу добыть никаких улик против кого-то другого, потому что их попросту не существует. Я связан по рукам и ногам и не смогу сдвинуться с места.