Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Если бы ее сын, подошедший к бару за шампанским, взял бокал с ядом в правую руку, миссис Робильотти, прекрасно знавшая его привычки, поняла бы, что он будет пить из него сам, и не допустила бы до этого, сказав ему то же самое. В конце концов она могла просто передать ему бокалы так, чтобы отравленный бокал оказался обязательно в левой руке, однако точно установить, что именно произошло, никогда не удастся, ни она, ни ее сын не подтвердят этого. Как только он отошел от бара с отравленным бокалом в левой руке, Фэйт Ашер была обречена; риск быть обвиненной в убийстве был весьма невелик: в сумочке мисс Ашер находилось достаточное количество цианистого калия.

— Кто же сообщил миссис Робильотти, что у мисс Ашер был яд? Когда?

— Не знаю… Послушайте, сколько еще времени я должен таскать за вас каштаны из огня!

— Нисколько, теперь я как-нибудь сам справлюсь с этим… Вы говорите, что риск был невелик. Но это вовсе не так — она брала сумочку мисс Ашер, вынимала оттуда пузырек.

— Сомневаюсь, чтобы она делала это или даже близко подходила к сумочке мисс Ашер. Если она знала, что мисс Ашер носила с собой яд (а об этом было известно нескольким лицам), для нее не составляло никакой трудности достать где-нибудь такой же яд и держать при себе наготове. Я советую вам навести справки, не приобретала ли миссис Робильотти цианид в последние два месяца, и вовсе не удивлюсь, если вы обнаружите, что это так… Кстати говоря, я вовсе не считаю, что показываю вам созревший плод, который вам остается только сорвать. Я лишь хотел убедиться, прав или нет мистер Гудвин. И я убедился, что он прав. А вы?

Кремер ничего не успел ответить. Миссис Робильотти вскочила и хотела уйти. Слушая Вульфа, я заметил, что она потеряла самообладание, когда шеф упомянул о возможности того, что она купила яд. (И действительно, спустя несколько дней Пэрли Стеббинс сказал мне, что полиция выяснила, где миссис Робильотти приобрела цианид, и может подтвердить это свидетельскими показаниями). Так вот, миссис Робильотти вскочила и хотела уже уйти, но успела сделать всего шага три. Кремер и Стеббинс загородили дорогу ей, а вместе они весят фунтов четыреста, да и в ширину они фута четыре.

— Пропустите меня! — крикнула она. — Я иду домой.

— Не спешите, — нахмурился Кремер. — Боюсь, что вначале вам придется ответить на несколько вопросов.

17

Вы, возможно, помните мое упоминание о том, как на следующий день после вынесения приговора убийце Фэйт Ашер мы обсуждали с приятельницей, какое изречение из известных нам является наиболее высокомерным и самодовольным? Так вот, в тот же самый день в одном баре я случайно увидел Эдвина Лэдлоу и решил, как бойскаут, совершить добрый поступок.