Всё о Ниро Вульфе. Том 3

А вот Вулфу нагрубить ничего не стоит… Войдя в кабинет, он обогнул красное кожаное кресло, пробираясь к своему столу, кивнул Рите, уселся, посмотрел прищуренными глазами на ее супруга и отрывисто бросил:

— Вы Поль Фауджер?

Очень трудно так же гавкнуть в ответ, коли у тебя писклявый голос, но Фауджер приложил массу стараний, чтобы у него получилось не менее впечатляюще:

— Вы Ниро Вулф?

— Да. Это вы убили эту женщину?

Я сразу понял, когда впустил их в дом, что Фауджер продумал свое поведение. Легко увидеть, когда человек действует по «подстрочнику». Неожиданный вопрос несколько озадачил его, ответ получился бледным.

— Вы прекрасно знаете, что нет. И знаете, кто это сделал, или должны знать.

— Возможно, не знаю. А вы?

Фауджер посмотрел на жену, на меня и снова на Вулфа:

— Вам бы хотелось это услышать в присутствии свидетелей. Да? Олл-райт, я не в силах что-либо доказать, да и потом это не моя работа, а полицейских. Но я не собираюсь ничего подписывать. Я уже говорил Бэнсу, что мне не следовало бы этого говорить, жене повторил то же самое. Спросите у нее.

Он повернулся ко мне:

— Только вы один еще слышали меня. Поэтому я заявляю, что поскольку ничего не доказано, мне не следовало распускать свой язык.

Снова Вулфу:

— Вот и все. А теперь попробуйте меня привлечь к судебной ответственности за диффамацию личности!

— Фи!

Вулф взмахнул рукой, отбрасывая такую возможность:

— Я никогда и не собирался вас привлекать, мне просто надо было вызвать вас сюда. Я хотел вам кое-что сказать и спросить кое о чем. Во-первых, вы болтун. Возможно, вы можете знать, что мистер Кирк не убивал жены, но вы никоим образом не можете знать, что он ее убил. Вот и получается, что либо вы осел, либо убийца, если не то и другое одновременно.

Он повернул голову:

— Арчи, двадцатидолларовую бумажку.

Я подошел к сейфу, достал требуемую купюру и вручил Вулфу, но он покачал головой:

— Отдай деньги миссис Фауджер.

И Полю:

— Ваша жена будет судьей нашего пари… Ставлю двадцать против одного, что мистер Кирк не убивал своей жены.

— Пари принято! — заявил Фауджер, достал бумажник, вытащил из него деньги и протянул их мне.

— Держите у себя, Гудвин. Моя жена могла бы их потратить. Полагаю, если суд его осудит, вопрос будет решен? Должен ли я буду дожидаться решения апелляционного суда и прочей чертовщины?

Рита явно не слушала его. Возможно, она давно усвоила искусство слушать его, не слыша. Она во все глаза смотрела на Вулфа:"

"— Вы ведь не шутите, нет? Вы действительно верите в это?

— Я надеюсь выиграть это пари, мадам!

Глаза его оставались прикованными к Полю Фауджеру:

— Что касается вас, сэр, давайте посмотрим, насколько вы уверены.