Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Как он может попустительствовать открытому оскорблению его политики?

Через два часа ко мне заглянул …. Анри Лоис. Он осторожно приоткрыл дверь, а потом, цепляясь портфелем за ручку, вошел в пустой офис.

- Сударыня, а где Ренель? Мне хотелось бы с ним поговорить по поводу вашего договора… - начал юрист прямо с порога, поглядывая на дверь директорского кабинета.

- Без понятия, - пожала плечами я, скрестив руки на груди - И что там с договором?

- Нет, ну говорите! Говорите все, как есть! – возмутилась я, вставая с места, - Вы не уйдете, пока не скажете мне, что с моим договором!

- Абелард просил меня не говорить вам…  - замялся Анри Лоис, протерев очки  и снова нацепив их на нос.

- Правду! – я медленно  прошла в сторону входной двери, отрезая юристу пути к отступлению, - Мне нужна правда!

Лоис взглянул на меня каким-то странным взглядом, прижимая свой портфель к груди.

- Присаживайтесь в кресло, - приказала я, сама не ожидая от себя такой наглости, уверенности и приказного тона, - Сейчас вам придется мне все рассказать. Хотите вы этого или нет!

Я молча закрыла дверь на ключ и холодно посмотрела на Лоиса. Юрист пытался возмущаться, мол, у него столько дел, столько работы, ему пора бежать, а я его задерживаю.

- Я никого не задерживаю. Я просто требую правды. Как только вы мне ее скажете, я открою дверь, - произнесла я, пристально глядя ему в глаза, - Хорошо. Давайте так. Я задаю вопросы. Вы отвечаете на них «да» или «нет».

Лоис сел в кресло и усмехнулся:

- Я знаю Абеларда уже много лет. Лет сорок. Я тогда был простым студентом, когда впервые попал на практику в Магистрат. И теперь я смотрю на вас и понимаю, что вы с ним в чем-то очень похожи. Одна и та же манера разговора, один и тот же взгляд, когда вам что-то нужно.

- Лет сорок? – спросила я, прикидывая, что время юриста не пощадило. Абелю на вид лет сорок.

-Да. Если быть точнее, то сорок два года. Сорок два года мы с ним знакомы. Вас это удивляет? Абелард Эдлер ничуть не изменился с того самого дня. Это я старею. Успел жениться, развестись, снова жениться… Уже внуки взрослые. Время летит, а он все прежний. Иногда я сам удивляюсь, как это время к нему так милосердно? – с грустью заметил Анри Лоис, - Многие из тех, с кем ему доводилось работать, уже давно обрели покой. Но вы знаете, иногда мне кажется, что он – бессмертный. Среди вампиров иногда такие встречались. Кстати, мой сын очень увлекается….

- Хватит. Вы не ответили на мой вопрос. Вопрос первый и единственный. Договор можно разорвать или нет? – спросила я, нависая над юристом, как статуя Фемиды. Не хватало только весов и меча. Сейчас все взвесим, а потом покараем. Я вообще не понимаю статую Фемиды. Как тот, кто вершит судьбы людей, может быть слеп? Или она иногда подглядывает?

Анри Лоис промолчал, отводя взгляд.