Сердце дракона. Том 2

Алебарда не могла коснуться даже его одежд, а меч, с каждым взмахом, находил свою цель. И пусть он оставлял лишь царапины, но и их было достаточно, чтобы однажды свалить великана.

Люди смотрели на то, как размытый силуэт кружит вокруг Мастера.

Он двигался плавно и в какой-то степени – красиво. Как брошенное в поток весеннего ветра перо. Как парящая в небе птица или как кувшинка, плывущая по водной глади.

И в то же время – звериным клыком сверкал его меч.

На очередной выпад алебарды, он отвечал простым, легким полушагом. Уходя в последний момент от смертельной и всесокрушающей черной волны, он делал лишь один взмахом мечом и очередные алые вишенки падали на землю.

– Сразись со мной! – рычал сектант.

За несколько мгновений подобной схватки его руки и ноги покрылись сеткой красных царапин и порезов. По лбу катились градины пота, а руки уже не так крепко сжимали алебарду.

Но и сам Хаджар, поддерживая такой темп, выглядел не лучшим образом.

Когда, после очередного столкновения, они разошлись в разные стороны, то все заметили состояние генерала. Его тяжелое дыхание и многочисленные следы от ушибов на теле. Находясь в опасной близости от мощных ударов алебарды, он подвергался их непрямому воздействию.

Да, лишь одно точное попадание и его кости превратились бы в труху, но и без этого тело страдало в достаточной мере.

– Бегаешь как трус, – сплюнул Мастер.

Хаджар вновь проигнорировал бездарную подначку. Какой идиот будет в открытую идти на медведя с ножом, если можно вооружится рогатиной? Ну, кроме, разумеется, такого монстра как Догар. Но, как бы грубо это ни звучало, Догар был мертв, а Хаджар все еще топтал эту бренную землю.

– Закончим эти догонялки, – Мастер завел за спину алебарду.

Он приложил к подбородку выставленные ребром указательный и средний палец. Что-то прошептав, он начал с бешенной скоростью крутить вокруг себя алебарду. И, в какой-то момент, из черного вихря, образованного оружием, выплыли две тени. Они все уплотнялись и уплотнялись, пока на земле стояло уже не один Мастера, а три. С той лишь разницей, что два, вставших по краям, выглядели как сгустки черного дыма.

Достаточно плотного, чтобы лишить противника жизни, но все же – тумана.

Ветер буквально выдергивал из них целые куски, которые, впрочем, тут же “отрастали” обратно. Будто дым от костра или пар, от кипящей воды.

С ревом потерявшего всякий разум, раненного слона, теперь уже сам Мастер рванул в атаку. От его шагов дрожала земля, а от вида двух черных фигур – сердца окружающих людей.

Хаджар же стоял не двигаясь.

Он, вновь приняв нижнюю стойку, убрал клинок обратно в ножны и положил ладонь на рукоять меча.

Он был как ветер.

В какой-то момент быстрый и неуловимый, а в следующий – жестокий и сметающий все на своем пути.