Само совершенство. Том 2

Несмотря на то что буквально накануне он жестоко посмеялся над ее чувствами, на пресс-конференции Джулия делала все, чтобы изобразить собственное похищение как крайне увлекательную авантюру. И это у нее совсем не плохо получалось. В ее рассказе он представал этаким остроумным и благородным героем, который даже не побоялся рисковать собственной жизнью, спасая свою пленницу от гибели в ледяном потоке.

Когда же Джулия закончила заявление и на нее со всех сторон посыпались вопросы, она продолжала сохранять поразительное самообладание, тщательно избегая любого неосторожного слова, которое могло бы повредить Заку. Ее ответы и объяснения были абсолютно правдивыми, но кому, как не ему, было знать, насколько они уклончивы и неполны. Так, например, когда кто-то из репортеров спросил, не угрожал ли он ей пистолетом. Джулия ловко ушла от прямого ответа с помощью шутки:

«— Я знала, что у него есть пистолет, потому что сама видела его. И этого оказалось вполне достаточно, по крайней мере поначалу, чтобы убедить меня не пытаться вступать с ним в драку или критиковать его старые фильмы».

Невольно улыбнувшись, Зак тотчас же одернул себя. Ведь она могла говорить все это лишь в расчете на него и на то, что, увидев это интервью, он быстрее свяжется с ней и тем самым выдаст себя. Но каждым своим следующим ответом Джулия опровергала эту мысль. Так, когда ее спросили о том, собирается ли она возбудить против него дело по обвинению в похищении, Джулия небрежно отмахнулась от этого вопроса, как будто он касался какой-то совершенно незначительной мелочи, а не федерального преступления, в очередной раз рассмешив всю толпу журналистов:

«— Не думаю, что мне удастся убедить присяжных. Если среди них окажется хоть одна женщина, то она сразу примет его сторону, как только узнает, что он делал половину всей работы по дому».

Зак потянулся за бокалом, но, услышав следующий вопрос, снова отставил его в сторону и, впившись глазами в экран, жадно ловил каждое слово.

«— Мисс Мэтисон, вы бы хотели, чтобы Захария Бенедикта поймали?

— Как можно хотеть того, чтобы несправедливо осужденный человек снова оказался за решеткой? Я не знаю, как могли присяжные признать его виновным в убийстве, но абсолютно уверена в том, что он способен на него не больше, чем я. Если бы он действительно был убийцей, вы сейчас вряд ли видели бы меня здесь, потому что, как я вам рассказала несколько минут назад, я неоднократно предпринимала попытки сорвать его побег. Хочу вам также напомнить и о том, что, когда над домом появился вертолет, его первой заботой была моя безопасность. Поэтому единственное, чего я действительно хочу, — это прекращения травли и повторного объективного рассмотрения дела, из-за которого он попал в тюрьму».