Само совершенство. Том 2

Зачем ты это делал, папа? Я же знаю, что ты его всегда ненавидел и презирал.

Увидев, как изменилось лицо отца после этих слов, Эмили невольно вжалась в кресло. Оно стало страшным. В горящих, как угли, запавших глазах не осталось почти ничего человеческого.

— Остин… — наконец произнес Макдэниелс, как бы смакуя каждый звук. — Тебе незачем больше беспокоиться по этому поводу, родная. Я о нем позаботился. Нам больше не придется покупать его липовые акции, и все останется нашим маленьким секретом.

— Но зачем было вообще покупать эти, акции? — не выдержала Эмили, не на шутку напуганная таким чужим и непривычным выражением лица и голоса отца.

— Он меня заставил. Я не хотел. Но теперь он мертв, и больше мне не придется этого делать.

— Но каким образом он мог заставить тебя вложить четыре миллиона моих денег в свою компанию, если ты этого не хотел? — спросила Эмили резче, чем ей бы хотелось.

— Не надо разговаривать таким тоном с папой, девочка! — злобно огрызнулся Макдэниелс. — Даже тебе это так не пройдет.

Эмили была настолько ошарашена ни на что не похожим поведением отца, что не сразу нашлась, что ответить. Но вскоре она взяла себя в руки и встала.

— Наверное, нам лучше обсудить это в следующий раз, когда ты будешь в более нормальном состоянии, — сказала она, направляясь к двери.

— Погоди! — с поразительной прытью Макдэниелс выскользнул из-за стола и, догнав дочь, схватил ее за руку. — Умоляю тебя, родная, не уходи! Не оставляй меня одного. Я боюсь. Клянусь, дело только в этом. Я так боюсь, что даже не могу спать. Но я никогда и ни за что не причинил бы тебе вреда. И ты это знаешь.

Непритворный испуг в голосе отца не на шутку встревожил Эмили.

— Не волнуйся, папочка, — начала она успокаивать его, чувствуя себя скорее его матерью. — Я никуда не уйду. Ничего не бойся. Лучше расскажи мне, что произошло. Я все пойму.

— Но ты никому не расскажешь?

Это прозвучало настолько по-детски, что Эмили невольно улыбнулась, несмотря на то, что именно после этих слов ей стало по-настоящему страшно."

"— Остин заставил меня купить эти акции. Он… он шантажировал нас. В течение пяти бесконечных лет этот мерзавец с помощью шантажа высасывал из нас деньги.

— Нас? — переспросила Эмили, не веря собственным ушам.

— Мы с тобой — одно целое. То, что касается тебя, касается и меня, разве не так?

— Ну… Наверное, так, — осторожно сказала Эмили, стараясь не поддаваться панике. — И почему же Тони шантажировал… нас?

— Потому что, — заговорщически прошептал Макдэниелс, — он знал, что мы убили Рейчел.

Это было уже слишком! Вскочив со стула.