Само совершенство. Том 2

— То есть, — попыталась отшутиться Джулия, — вы тоже по полчаса сидели в полной темноте в собственной матине в двух шагах от входа в дом?

— Нет, конечно, нет, — по-девичьи захихикала Флосси, и вокруг ее глаз собрались добрые морщинки, — ты же знаешь, что я никогда не умела водить машину. Я имела в виду, что точно так же, как ты, смотрела перед собой невидящим взглядом.

Джулии не хотелось ни лгать, ни отвечать на этот вопрос, а потому она избрала третий путь — просто ушла от ответа."

"— Я не верю в то, что можно «сохнуть» по кому бы то ни было, мисс Флосси, — широко улыбнулась она. — Если я не могу добиться того, чего очень сильно хочу, то просто смиряюсь с неизбежностью и как можно скорее возвращаюсь к реальности.

Вопреки ожиданиям Джулии мисс Флосси не стала ни возражать, ни продолжать эту тему. Вместо этого она положила руку на плечо Джулии и мягко спросила:

— А что бы ты сделала, если бы то, о чем ты всегда мечтала, оказалось совсем рядом — только руку протяни? А ты все не решаешься это взять из боязни предстать перед окружающими тебя людьми в смешном свете? Или просто из страха? Или из, может быть, необоснованного чувства вины?

На этот раз смех Джулии звучал гораздо искреннее. Отсмеявшись, она покачала головой:

— Вы задали мне трудную задачу, мисс Флосси. Но все же рискну ответить: если бы я знала, что никогда не буду счастлива, то, наверное, все-таки взяла бы это, несмотря ни на что.

— А почему ты говоришь об «этом»в среднем роде? — не отступала мисс Флосси, и Джулия поняла, что разговор, по сути, только начинался.

— О чем? — не подумав, спросила Джулия, но тотчас же поправилась:

— То есть, я хотела сказать, о ком?

— О, это секрет.

Нет, с грустью подумала Джулия.. Это не секрет ни для кого. А потом, неожиданно для самой себя, только потому, что ей было нечего терять, а Флосси могла еще очень многое выиграть, добавила:

— Я думаю, единственное, что действительно необходимо Герману Хенкельману, — это хорошая женщина, которая бы поверила в него и тем самым дала ему повод для самоуважения. Конечно, — добавила она, глядя на насмерть перепуганную Флосси, — Герман никогда не осмелится сделать первый шаг. Особенно, если дело касается женщины, которую он когда-то любил и которая знает, что он сделал со своей жизнью за прошедшие годы. Вот почему этой женщине придется взять инициативу на себя, а это требует большого мужества.

Повинуясь внезапному порыву, Джулия наклонилась и поцеловала Флосси.

— Спокойной ночи, — сказала она и добавила про себя:

«И до свидания». Шесть из восьми дней, о которых говорил Зак, уже истекли.

У порога собственного дома Джулия остановилась, порылась в сумке в поисках ключа, открыла дверь и, войдя, плотно прикрыла ее за собой.