Эротические рассказы Рунета - Том 1

Предательские законы физики подводят меня. Неудобно поставленная нога скользит на подстилке и мы падает на пол. В полумраке прихожей, прямо под дверью. Но Оксанку это не остановило. Она сверху. Без церемоний овладевает моим достоинством и отдается ощущениям его движения. Мне остается только удерживать мою девочку и стоически терпеть тапки под своей спиной. Они-то не охвачены страстью и бессовестно вдавливаются в тело."

"Инициатива у Оксанки. Может делать то, что ей наиболее подходит. Любая диспозиция, наклон, темп. Она во власти возбуждения. Секс как отдушина для души. Физический стимул морального единения. Глаза закрыты, руки упирается мне в грудь. Темп растет. Она близка к финишу. Губа прикушена, голова склонена, волосы волнами колышутся в такт ее движениям. Напряжение растет. Я ощущаю, как участились сокращения мышц, как вся она напряжена.

Резко вытягивается, приподняв голову, и падает мне на грудь. Крещендо. Я нежно обнимаю ее. Девочку, которая познала удовлетворение. Которая нуждается во мне, в моей ласке и нежности. Глажу по голове.

— Наелась, милая?

— Как тебе не стыдно? — шепчет она.

— Что? — не понял я.

— Изнасиловал меня.

— Кто? Я?

— Ну не я же.

Наглая ложь. И при этом она даже не думает вставать. Я же не виноват, что тапки все еще подо мной.

— Вытри сметану, кошка.

Моя Оксанка, приподымает голову и облизывает свои губки.

— Вот так? — улыбается она. Счастье в ее глазах нельзя не увидеть.

— Нет. Вот так.

Беру ее голову в свои руки и притягиваю к себе. И впиваюсь в ее губы, которые только что дразнили меня вместе с языком. Несколько секунд целуемся самым развратным образом. Затем Оксанка вырывается.

— Нет. Ты наказан, — заявляет она официальным тоном, и тут же покидает меня совсем.

— Э-э-э… что значит наказан? Разве я не искупил вину?

— Нет, — категорично отвечает Оксанка, умудряясь при этом еще и поправлять прическу.

— Но я же хочу, — указываю взглядом на то, чем хочу.

— Я знаю.

Женская логика непредсказуема и уникальна.

— Женщина, ты меня дразнишь, — обнимаю ее сзади, прижимаю к себе, к ноющему паху.

— А ты как думал, — поворачивает голову ко мне. — Будешь знать, что я вчера испытывала.

— Это жестоко.

— Наконец начинает доходить, — в ее голосе явно слышен сарказм. — Марш руки мыть и за стол.

— Только после вас.

— Все равно не подлижешься, — и целует в губы. Ну пойми после этого женщин. Одной рукой гонит, другой голубит.

Пока Оксанка скрывается у себя в комнате, занимаюсь личной гигиеной. Однако трудно быть сосредоточенным, когда моя проблема налита кровью и требует удовлетворения. Зуд так и манит руки к себе. В уме проносятся картины рукоблудства. Но мысль до конца не дошла до фазы принятия решения. Оксанка пришла в ванну и вытолкала меня на кухню.