Эротические рассказы Рунета - Том 1

Надо срочно делать эту чертову алгебру.

Первый пример сошелся с ответом на второй попытке, второй — после четвертого исправления. Осталось еще два примера, а Оксанки нет. Что она там делает? Подмывается что ли? Стоп это откуда взялось? В памяти всплыли слова Адари «Любая девушка должна быть чистой и опрятной, как перед, так и после секса». Да пошла она… Лезет в голову, когда интегралы решать надо.

Оксанка вернулась, когда я заканчивал последний пример.

— Ну что, Лобачевский? Решил? — подначивает она меня.

Мой взгляд отмечает изменение во внешности девушки. Вместо прежней маечки на ней розовенькая рубашечка с перламутровыми пуговками, которые уже хочется начать расстегивать. Мышеловка захлопнулась. Ура!!! Будет нам сегодня сметана для кота. Тем более что под рубашечкой аппетитно топорщатся сосочки. Следовательно, мы без бюстгальтера, а еще кричат, что это я развратник.

— Заканчиваем, — докладываю я.

— Сейчас проверю, — она садиться напротив. Вдвоем заканчиваем злополучную алгебру. Наконец книжка и тетрадка закрыты, и я вздыхаю облегченно.

— Прошу обратить внимание, что я самостоятельно сделал задание, — звучит мое заявление.

— Если бы всегда делал, то не бегал бы списывать и не краснел бы у доски, — бросают мне.

— Где моя награда? — вкрадчиво спрашиваю я.

Вместо ответа мне показывают остренький розовенький язычок.

— Поймаю — укушу, — обещаю я этому язычку.

— Сначала поймать надо, развратник.

— Вот сейчас и поймаем.

Начинаем бегать по комнате вокруг стола. Патовая ситуация. Для задора мне показываю разные рожицы и язык. Что ж, делаем отчаянный бросок, и хватаем Оксанку за талию. Та заливается смехом и чуть ли не провисает у меня на руках. Значит, идти сами не хотим. Мы не гордые, мы отнесем. Обнимаю и подхватываю ножки. Она замирает, ложит руки мне за шею, позволяет отнести себя на диван. Не выпуская из рук добычи, я сажусь на это удобство с подушками. Оксанка оказывается у меня на коленях. Ножки свешиваются, головка на плече, глазки смотрят на меня, губки приоткрыты.

Целуемся долго и упоенно. Практики по этому поводу у нас хватает. Ложем ладошку на грудь. Оксанка чуть-чуть вздрагивает, смотрит на меня ожидающим взглядом, но не противиться. Значит согласна. И как далеко мы можем зайти?

Легкое пожатие ладошкой, скольжение по ткани… под рубашечкой действительно ничего нет. Пальчики поглаживают грудку, нащупывают сосок, сдавливают его. Это должно быть ей приятно, сам знаю. Оксанка положила головку на мое плечо и смотрит в глаза. Что-то в ее взгляде новенькое, волнующее. А рука продолжает ласкать грудь. Через ткань получается по особенному — должно ощущаться трение ткани об кожу. Перетекаем с одной груди на вторую и начинаем воздействовать на нее.

Дыхание Оксанки начинает изменяться.