Эротические рассказы Рунета - Том 1

Трахтенберг и Хильер вышли, захлопнув двери. Из под кровати вылез Билл и, стряхнув с себя пыль, подошел к шкафу.

— Эй, крыса! — постучал он в двери, — а ну-ка, вылезай отсюда!..

— Дверцы шкафа медленно открылись, оттуда, придерживая руками верхнюю полку, которая во время сидения неожиданно свалилась на голову, показался Ногато.

— А, узкоглазый, и ты здесь? — удивился Билл. — Интересно, как ты тут оказался?

Японцу было очень стыдно стоять перед малознакомым человеком в одних трусах. Положив свалившуюся полку на пол и став к О'Коннору боком, он сказал:

— Девуска пригласила меня в свой комната… Я говорил девуска много хоросих слов, но девуска сказала, что в Америка словам не верят и усадила меня в этот шкафа. Наверное, мой слов ее не понравился…

— Ага, приятель, — наконец-то дошло до О'Коннора, — значит, она хотела оттрахать и тебя, а я вам помешал своим неожиданным визитом…

— Я не знаю, что есть оттрахать, — ответил Ногато, — но то, что она делала со мной в самом начале, мой очень, очень доволен!..

Билл уселся на койку.

— Ну, курва, — сделал он вывод, — настоящая курва, иначе не скажешь…

Японец вежливо поинтересовался:

— А что есть курва?

Билл посмотрел на него как на ненормального.

— Ты что, приятель, вот уже несколько месяцев живешь тут, и до сих пор не набрал нормального словарного запаса?…

Ногато принялся оправдываться.

— В мой словаре нет таких слов, я смотрел…

Билл окончательно потерял терпение.

— Мог бы и сам догадаться! Курва — это такая женщина, которой мало одного мужчины. Она хочет трахаться как можно с большим количеством… Ну, понимаешь?…

Ногато на несколько секунд задумался, а потом, видимо, понял смысл сказанного.

— А, понимай, теперь мой понимай… Курва — это такой девушка, который любит всех людей вместе взятых…

— Ладно, мне надоели твои шуточки, — перебил его Билл, — мне кажется, что эту прошмандовку следовало бы наказать…

Машина Хильера неслась по нью-йоркским улицам к зданию телецентра. Сидя за рулем, телеведущий наставлял Трахтенберг:

— Значит, так, дорогая. Веди себя как можно более естественно. Раздеваться на сцене следует очень медленно и непринужденно.

Трахтенберг, кутаясь от вечернего холода в теплую куртку, заметила:

— Кого вы учите раздеваться…

Хильер погладил ее по обнажившейся коленке.

— Я рад, что не ошибся в выборе…

— Я тоже рада…

Хильер продолжал:

— Помните, что вы — центр внимания.

— Я понимаю…

— Что на вас будут смотреть сотни глаз, следя за каждым вашим движением, сотни рук будут работать в едином порыве…

Трахтенберг неожиданно перебила телеведущего;

— То, что мне предстоит сейчас выполнить, конечно же, очень и очень интересно…

— Вас что-то смущает?

— Я понимаю, что быть центром внимания — очень и очень лестно.