Эротические рассказы Рунета - Том 1

Лассард наклонился и, к немалому своему удивлению увидал выползающего из трибуны Джерри…

— Кадет МакКони? — проникновенно зашептал комендант, — что вы тут делаете?

Джерри приложил палец к губам:

— Тс-с-с…

Тем временем мнимый латиноамериканец продолжал свои визиты на женскую половину казарм — оттуда он обычно возвращался незадолго до подъема, блаженно улыбаясь.

Однако всему рано или поздно приходит конец.

Однажды Хуан, он же — Джон, явился в свою комнату довольно раньше обычного — часа в два ночи и, еле доковылял до кровати, рухнул на нее, не раздеваясь.

— Что с тобой? — перепугался было зашедший к латиноамериканцу МакКони.

— О-о-о, не спрашивай, пожалуйста, что со мной, — тихо застонал тот, — только не спрашивай…

Влив в совершенно обессиленного друга стакан виски, Джерри, наконец, привел его в чувство.

— Тебя когда-нибудь насиловала баба? — спросил Джон.

МакКони замялся:

— Вообще-то нет. А что, разве такое возможно — чтобы баба изнасиловала мужика?

«Латиноамериканец» тяжело вздохнул:

— Оказывается, да…

Джерри придвинулся ближе к товарищу:

— Ну-ка, ну-ка, пожалуйста, с этого места — поподробней…

— Дело было так: ты же знаешь, что каждую ночь я, напялив на голову парик и подложив под женский халат накладные сиськи, отправляюсь на гуляночку.

— Да, знаю, — подтвердил МакКони.

— Так было и на этот раз. Иду я, значит, по коридору, а навстречу мне — сержант Элизабет Трахтенберг, ты ее, наверное, знаешь — она у девочек что-то вроде цепного пса — следит за нравственностью, падла… После отбоя — никаких мальчиков в гостях, а то, мол, сразу же рапорт Лассарду.

МакКони ухмыльнулся:

— А у самой в глазах — по большому-пребольшому члену!

— Вот именно! Так вот — иду я по коридору, и тут окликает меня эта выдра:

— Госпожа кадет, остановитесь!

Я, естественно, останавливаюсь. Подходит она ко мне и начинает так придирчиво-придирчиво оглядывать.

— Как ваша фамилия?

Я отвечаю:

— Насименте. Дженни Насименте.

— У нас в Академии нет курсанта с такой фамилией, — говорит та, — и вообще, что-то часто я вас тут вижу. Следуйте за мной!

Заводит она меня в свою каморку и — хвать за накладные сиськи! Они, конечно, в разные стороны.

— Интересно, интересно, — говорит, — первый раз вижу, что у моей подопечной груди отваливаются…

А потом — хвать меня за член! А он у меня от страха и от отвращения к этой облезлой крысе совсем, бедный, сморщился…

— Ой, что это? — говорит Трахтенберг.

— Член, — отвечаю.

— Я вижу, что член, я хочу знать, откуда он у вас взялся, госпожа кадет?

Я отвечаю:

— Не знаю, еще утром его здесь не было. Видимо, вырос за сегодняшний день…

Та посмотрела на меня строго и вновь спрашивает:

— Вы, госпожа кадет, видимо, все время только и делаете, что мечтаете о членах.