Злодейский путь!.. [том 5-6]

Или оставить внизу, что было менее вызывающе. Но вместо этого Ал приблизился к его ложу и присел на корточки перед ним, не отрывая взгляда от посапывающего, уткнувшись в свои руки, учителя.

— Шен… — сорвалось с его губ.

Это было впервые, когда Ал вот так произнес вслух его имя. Он всегда называл его учителем.

Ал прислушался к собственным ощущениям. Казалось, было что-то неправильное в том, чтобы называть его так, и вместе с тем он чувствовал, как это простое действие стирает между ними границы.

Устрашившись собственной дерзости, Ал сделал шаг назад и, покинув комнату, закрыл дверь и прислонился к ней лбом. Он чувствовал себя жалким, раздираемым эмоциями. Это не было приятно, это сводило с ума.

Прислонившись спиной к двери, он сполз на пол и прикрыл глаза. Эта дверь отделяла его от человека, в котором он нуждался больше всего. Ал был благодарен этой хрупкой преграде, потому что начинал бояться своей одержимости и понимать, что однажды из-за нее может разрушить все дорогое, что имеет.

Сумерки сменились ночью, а та — днем, а Ал все продолжал сидеть под этой дверью, словно дракон, охраняющий свое сокровище.

«Чего я вообще хочу?»

Ал не знал наверняка. Или боялся сформулировать даже в мыслях.

Даже мысли страшили. Его пугало из-за непомерности своих желаний потерять то дорогое, что уже есть сейчас. Потерять все.

Но мозг отказывался слушаться, а эгоистичные желания отказывались утихать.

«Я хочу, чтобы ты видел только меня».

Ал выскочил из черного замка и остановился лишь на мосту. С трудом переведя дыхание, он подумал о своем позорном поведении и залился краской.

«Твой учитель обращает на тебя мало внимания. А знаешь, почему?» — услышал он голос.

— Почему же?

«Потому что ты очень самостоятельный, у тебя многое получается, и ты никогда не просишь о помощи. Даже находясь рядом, ты не всегда крутишься перед его глазами. Ты слишком хорошо справляешься один».

— Что же делать?

«Что ж, придется прибегнуть к небольшой хитрости, чтобы обратить на себя его внимание. Не волнуйся, я научу тебя».

Шен сидел на своей излюбленной лавочке перед черным замком, а Муан стоял за его спиной.

— Ну я режу?

— Я тебе уже в третий раз отвечаю: режь.

В руке прославленного мечника были простые металлические ножницы, которые было не так-то легко найти в пределах ордена. Второй рукой он держал гребень, которым частично расчесал длиннющие волосы Шена.

Наконец, он решительно провел ножницами, и прядка черных волос упала на каменный пол.

— О, — услышал Шен сзади.

— Что?

— Посмотри."

"Шен зацепил пальцами ту прядку, что была уже обрезана Муаном и перетянул к себе. Сначала он вовсе не понял, что удивило мечника, но затем увидел, что обрезанные волосы на концах словно клубятся тьмой.