Злодейский путь!.. [том 5-6]

Когда он станет достаточно силен, то сможет позволить себе быть снисходительным, милосердным и «справедливым».

Ал выдохнул, остановившись перед воротами Павильона Утешений.

Он хотел верить, что может позволить себе честную игру. Хотел верить, что достаточно силен, чтобы сразиться в открытую.

Но правда в том, что его силы никогда не было достаточно. Муан всегда опережал его по силе, статусу, всегда занимал более выигрышное положение, и даже сейчас!..

Шен сидел над старейшиной пика Славы и аккуратно, нежно, едва касаясь наносил мазь из шкатулочки на запекшиеся укусы.

Ал долго смотрел на это, прежде чем сделать вдох.

«Наш момент…» То, как Шен позвал его к себе в повозку и аккуратно наносил мазь на поврежденную руку Ала… То, одно из первых осознаний, что этот человек думает о нем. Та забота, которой были пронизаны легкие, едва ощутимые прикосновения к пораненной коже. Это то, что было только между ними.

Для Ала тот момент был не просто особенным, он был… СВЯЩЕННЫМ.

А ДЛЯ ШЕНА ОН ВООБЩЕ ХОТЬ ЧТО-ТО ЗНАЧИЛ?! Он вообще заметил, что сделал для него?!

Ал ощутил, как от ярости затряслось все его тело.

Шен почувствовал его появление и обернулся. Его губы все еще сохраняли мягкую улыбку, предназначавшуюся не Алу.

Шен приложил палец к губам, а затем поднялся, подошел к Алу и прошептал:

— Старейшина Муан уже заснул, ты тоже ложись. Отдохнем до заката, затем поедим и отправимся изучать четвертый этаж того павильона.

Ал спрятал горящий отчаянием взгляд за поклоном.

Шен решил, что он все еще злится за ту отповедь, но порадовался, что Ал вообще вернулся. Он было думал, что придется разыскивать этого норовистого главного героя по всему городу.

Старейшина пика Черного лотоса пошел за ширму, наконец готовый уделить внимание своему внешнему виду и одежде, а Ал подошел к матрацам и с затаенной злостью уставился на спящего старейшину пика Славы.

Мелкий старейшина сопел, чуть приоткрыв рот. Ал опасливо оглянулся на ширму, за которой скрылся Шен, а затем, не давая себе больше времени на сомнения, достал пилюлю и впихнул ее в рот Муана. Глотать было не обязательно — торговец сказал, что она легко растворится во рту за несколько секунд.

Глядя на то, как Муан нахмурился во сне, Ал на мгновение замер, почувствовав, как сердце больно кольнуло. Он смотрел на лицо прославленного мечника и не понимал, отчего самого его охватили такие сильные эмоции, удовлетворения среди которых не было.

Множество бутылей, баночек и пузырьков, обнаруженных на тумбочке за ширмой, заставили Шена растеряться. Кроме различного ароматного мыла, там оказалась цветочная вода, какие-то порошки и жирная резко пахнущая субстанция.