Злодейский путь!.. [том 5-6]

В следующий миг арена исчезла, Муан возник перед дверью, а Ал, держась за щеку и сплевывая кровь, поднялся с каменного пола. Парень с ненавистью уставился в спину прославленного мечника. Его больше не забавлял его вид: Муан значительно помолодел для «равной» битвы, став, должно быть, таким, как выглядел в шестнадцать. Странно, но эффект не исчез сразу, и одежда все так же выглядела великоватой для этой версии «прославленного мечника».

На сей раз Муан решительно толкнул дверь и вошел внутрь, но комната уже была пуста.

Шен, на мгновение нерешительно замерший у двери, дернул ручку и стремительно вышел наружу. В коридоре он был совершенно один, и сейчас его радовало, что никто не почувствует этот мерзкий исходящий от него запах. Нужно немедленно избавиться от него!

Спустя десять минут Шен остановился у края бассейна, с досадой вспоминая о своих длиннющих волосах, которые так неудобно мыть. Его охватила ярость, горящим взглядом он окинул купальню, ища хоть что-то. На столике лежали миниатюрные ножнички, обрезать толстую косу которыми было практически столь же неудобно, как просто рвать ее, но гнев и ненависть Шена оказались настолько сильны, что он подхватил их и стал с остервенением резать косу. Он не то резал волосы, не то драл их, прошло не меньше минуты, прежде чем ему удалось отрезать все. Волосы рассыпались по плечам, Шен кинул ножнички на пол и нырнул в обжигающую воду.

Вынырнув, он потянулся за щеткой, принялся яростно тереть нежную кожу, крутился, пытаясь разглядеть пятна разложения, источающие мерзкую вонь. Через какое-то время ему стало казаться, что вода в купальне пропахла тухлятиной, пропиталась смердящим запахом. Он вышел из воды, босиком ступая по холодной каменной кладке, и подошел к узкому зеркалу в человеческий рост, отбрасывающему свечной свет на темную протухшую воду. Он долго всматривался в свое отражение, искал признаки разложения, но видел лишь обычное свое… точнее Шена… тело. Оно раскраснелось после купания, по венам двигалась кровь. Оно не могло быть одновременно и живым, и мертвым.

Тогда что это? Откуда эта навязчивая мысль?

Нет, нету никакой вони. В купальне стоит приятный цветочный аромат. Вони нет.

Он устало оглядел себя в зеркале, не понимая, как относится к тому, что видит. Это тело его, он столько всего прочувствовал в нем, до мельчайшей детали, до срывающегося с губ крика, и признать, что это ничего не значащая оболочка, уже было трудно.

«А то, как я выглядел в своем мире? Это ведь тоже была всего лишь оболочка».

Он никогда не оценивал себя с позиции «вот это — истинный я». Конечно, к прошлому телу он привык больше, прожив в нем с рождения, и все же… Это довольно философский вопрос: насколько сильно личность выражает тело.