Злодейский путь!.. [том 5-6]

Шен положил руку Ала на свое колено и принялся выдавливать на рану сок алое, после чего аккуратно распределил его по всей поверхности, а сверху разорвал и приложил лист и стал обматывать бинтами. На самом деле уверенности в том, правильно ли он делает, у него не было, но раз фея принесла эти листики, значит, в них должен быть толк, не так ли?

— Кто? — рассеянно переспросил он. — Зимний король.

Тут он подумал, что невозможно будет объяснить Алу все, не посвятив его в свою выдуманную потерю памяти. Он отпустил его руку и, посмотрев на ученика, пояснил с легкой улыбкой:

— Дело в том, что из-за Глубинной тьмы некоторые события далекого прошлого стали стираться из моей памяти и я не помнил, что уже был знаком с зимним королем. А он не узнал меня в маске. Какая ирония, если бы он с самого начала понял, кто я такой, мы могли бы вообще избежать опасности.

Признаться, Шен думал, что Ала может даже обеспокоит его потеря памяти, однако тот немного помолчал, а затем рассмеялся. Шен удивленно посмотрел на него.

— Что в этом смешного?

Ал подумал о том, какая это, однако, складная история. Должно быть, Шен всем объясняет свою неосведомленность таким вот образом. Вот только этот ученик прекрасно знает истинное положение вещей. «Ты не знал о знакомстве с зимним королем, потому что ты — не тот Шен, который был знаком с ним». Боги, это так забавно! Он единственный, кто знает эту тайну!

— Хватит смеяться! — рассердился Шен и принялся обрабатывать его вторую руку.

Шен склонился над ладонью, его макушка оказалась прямо перед глазами Ала. Тот подумал, что учитель постоянно треплет его по макушке. Алу тоже хотелось. Но вместо этого он заметил:

— Ваша прическа странная.

— Хм? Это чтобы не мешались. Когда вернемся в орден, я снова подстригу их.

Сейчас кончик этой косы достигал колен. Шен с ужасом думал о том, что ему надо бы помыть волосы.

Закончив с перевязкой второй руки, Шен поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам.

— Где инструменты? Я помогу тебе поскорее закончить с этим кустом.

И как Ал не противился, Шену удалось заставить его сидеть на лавочке и ждать, пока он закончит.

За половину дня старейшине пика Черного лотоса удалось расправиться только с третью куста, но ему пришлось по вкусу это занятие. Эта физическая нагрузка напрягала мышцы и при этом позволяла думать о своем. Шен срезал стебель за стеблем, размышляя о том, как же заполучить статуэтку памяти оригинального Шена. Было очевидно, что Муан не изменит своего мнения и не отдаст ее добровольно. Шен понимал, что если тот узнает, что он посмотрел воспоминания, то будет беспокоиться. У хозяина Проклятого пика не было объективных аргументов, чтобы с ним спорить. Идеально было бы стащить статуэтку незаметно для Муана и так же незаметно посмотреть и вернуть.