Последний Герой. Том 6

Они лежали в постели, обнажённые, каждый — на своей половине, будто некая черта была проведена посредине. На столике недопитая бутылка виски и та тягучая пауза, когда слова нужны, чтобы прикрыть молчание.

— Интересно, — проговорила Линда, играя пальцами с тонким стеклом бокала, — в твоей Германии всё ещё слушают это? Или ты просто хранишь память?

— Память, — отозвался Рихард, глядя в потолок. — Вещи из прошлого полезны. Они напоминают, что люди подчиняются ритму. Знаешь, Линда… а ведь музыка — тоже оружие.

Она усмехнулась, качнула головой, свет лампы задел её волосы, и тень скользнула по обнаженной груди.

— Ты всё время говоришь о подчинении, — произнесла она. — А ведь мы с тобой сейчас сделали что-то другое.

Рихард повернул к ней голову, улыбнулся уголком губ.

— Ошибаешься. Даже в этом есть подчинение. Ты — своему хозяину. Я — своему. Мы просто позволили себе расслабиться.

Линда помолчала, отпила виски и поставила бокал на столик.

— Ты прав, — сказала она, уже не глядя на него. — У каждого свой хозяин. И каждый думает, что играет в свою игру.

Он протянул руку, коснулся её плеча, скользнул пальцами вниз, но она отстранилась. Движения её не были резкими, но и мягкой женственностью не дышали.

— Не привыкай, Рихард, — сказала она негромко, с оттенком насмешки. — Я здесь не ради тебя.

— И я — не ради тебя, — ответил он, почти так же тихо. — Но иногда партнёры бывают полезнее любовников.

Она посмотрела на него долгим взглядом, в котором мелькнула усталость. Музыка в колонках набирала силу, будто всё многочисленнее были ботинки марширующих, и оба замолчали. Каждый думал о своём, а между ними лежала пустая бутылка и та самая черта, которую никто не собирался стирать.

* * *Утренняя доза вошла в кровь, тепло разлилось по телу, словно внутрь плеснули огня. Врачишка, кривясь, вытащил иглу — и не успел даже приложить ватку к моему плечу, как случилось нечто.

— Пожалуйста! — заорал мажорчик, взвившись, будто его пружиной вытолкнуло, и кинулся к двери. — Я всё расскажу! Только уберите меня от них! Они готовят побег!.. Я всё расскажу!

Он метнулся к автоматчикам, руки поднял и дрожал всем телом.

— Стоять! — рявкнул старший из охраны. Троица вскинула стволы, ближайший ткнул Косте под рёбра. Тот согнулся, выдохнул и осел.

Прикладом сверху по хребтине — короткий удар, и мажор рухнул на колени.

— Вы не понимаете! — он сипел, захлёбываясь в собственном страхе и боли от удара. — У меня отец богатый! Он заплатит! Только выведите меня отсюда! Я больше не могу! Отведите меня к вашему главному! Они хотят сбежать! Я все расскажу… А-ай…

И, карабкаясь, словно пес на привязи, он пополз к дверям, хватая автоматчика за штаны. Тот с отвращением принялся пинать его берцем, другой же пока лишь наблюдал, держа наготове оружие.