Боги, пиво и дурак. Том 7

И как только мы остались вдвоем, паренек скинул капюшон, и вместе с ним с лица сошла иллюзорная маска, открывая личико Деметры.

— Вот это… — начал было я, но тут же умолк, потому что меня вдруг порывисто поцеловали.

У меня аж все вскипело внутри.

— Если б я знал, что меня так встретят — я б торопился в два раза быстрей, — пробормотал я, когда она отпустила меня.

— Я тебя сейчас так встречу!.. — вдруг сердито прошипела она. Быстрым движением руки она открыла ярко-зеленый портал и, схватив меня за руку, утащила в него за собой.

Перед глазами все покачнулось, и я очутился посреди ясного летнего дня, на берегу голубого моря и в окружении буйной летней зелени.

Сдернув с плеч свой плащ, Деметра встала напротив меня с таким видом, будто собиралась от души вписать под челюсть. Взъерошенная, белая рубашка выбилась из-под ремня, на вороте расстегнулась лишняя пуговица, приоткрывая взгляду то, что обычно от него было скрыто.

Вот просто бери, обнимай и будь счастлив.

— Что за хрень происходит, а? — пожирая меня глазами, проговорила, наконец, она. — Какого тартара я узнаю о твоих проблемах из молитв какой-то королевы? У самого язык отсох? А? Чего улыбаешься? Чего тут веселого???

— Ты, — коротко ответил я.

Она громко фыркнула.

— Совсем уже? Я же серьезно! Если ты вдруг забыл, позволю себе напомнить — ты хоть и бешеный придурок, но вообще-то смертный! И ты должен был позвать меня! Или, думаешь, я умею только цветочки выращивать?

— Не дождешься, — сказал я, расплываясь в неудержимой улыбке все шире. — Чтобы я просил о помощи девчонку, которой хочу забраться под юбку?

— Между прочим, я тебе не девчонка, а богиня!

— Одна фигня.

— И юбок не ношу!!

— Вообще насрать.

— И я нашла бы способ снести этот купол, даже если бы ради этого мне пришлось выбить зубы этой шалаве Гере и проесть Зевсу плешь до костей!!!

— Вот это меня бы точно не порадовало.

— А меня бы не порадовало, если бы ты погиб, и я не могла бы даже наорать на тебя за это, потому что не могу спускаться в мир мертвых! И убери, в конце концов, эту улыбку! Она мне мешает злиться на тебя, и меня это бесит!!

Я поймал ее за ремень притянул к себе.

Хотелось заграбастать ее, и как в какой-то песенке — украсть, унести, съесть. Всю без остатка, от вздыбленной макушки до самых пяток в грубых ботинках.

Но вместо этого обнял, как хрустальную вазу, будто боялся сломать ненароком, и заткнул рот самым подходящим случаю способом — своим собственным ртом.

Хорошо, блин, что пива не успел напиться. А то пивные поцелуи — такое себе удовольствие.

Она не сопротивлялась. Наоборот, так прильнула горячим телом, что у меня кровь набатом застучала во всех местах — но так и не обняла в ответ.