Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)

Гаммы порхали словно осы, пытаясь отыскать в истлевшей броне хоть какую-то брешь в обороне, но всё было безрезультатно.

Грязно-зеленая дымка всё сильнее распространялась из тела чудовища. Складывалось впечатление, что мощь его только продолжала расти с её помощью. Я и сам не заметил, что в какой-то момент тварь начала меня теснить. Удары рыцаря становились лишь яростнее и как итог это аукнулось. Левая Гамма не выдержала натиска эспадона чудовища и оружие с жалобным треском развалилась на части, а меня ударной волной отбросило к глухому краю ущелью.

На миг показалось, что среди нескольких трещин в скалах я успел заметить вжавшегося в расщелину Хсарса. Однако это был последний раз в моей жизни, когда я лицезрел свинорылого.

Полубезумная улыбка заиграла на лице и не найдя ничего лучше, я просто потянул его наружу, создавая для себя живой щит и грубым пинком отправил смертника в сторону своего врага.

— Собаке собачья смерть!

— НЕТ! НЕТ! ЧТО ТЫ ДЕЛ…

Правда, довести свою речь до конца он не успел и прямо на глазах разделился и повалился на песок двумя неравными половинами человеческой плоти. Время я себе успел выиграть, но тварь распалялась лишь сильнее.

— РАНКАР!!! УРАГАН! — вдруг зазвенел в ушах крик Цуга, который высунулся из расщелины и рукой указывал на стену. — ОНА ПОМОЖЕТ! ОТТЕСНИ ЕГО!

Ага! Как же… Легко сказать.

Парень хоть и пытался помочь, но вот для себя сделал лишь хуже, потому как чудовище среагировало на звук и рвануло в сторону «Осколков».

— СТОЯТЬ НА МЕСТЕ, КУСОК ДЕРЬМА! — рявкнул взбешенно я, чуя неладное и на всех парах устремился следом.

Секунду же спустя с диким рёвом тварь начала атаковать каждую расщелину без разбору, совершая попытки добраться до веснушчатого и в какой-то момент ему это удалось, потому как я услышал жалобный вскрик.

Не знаю почему, но в момент, когда рыцарь добрался до Цуга в ушах вновь раздался неутихающий глас:

Хочешь свободы?! ДА ВЫСВОБОЖДАЙСЯ К ПРОКЛЯТЫМ БЕСАМ!!! ДОСТАЛО УЖЕ!

Честно признаться, я до конца так и не понял, как всё случилось, ведь зрение сейчас было покрыто багровой пеленой, но нестерпимое жжение в конечности вдруг исчезло, левая рука полностью покрылась густым черным огнём, а пальцы до хруста сжали материализовавшийся из пламени эфес черного клинка.

Чтоб я сдох! Вот в чём дело. Нашлась пропажа…

В высоком прыжке удар Гаммы пришёлся на череп чудовища. Отвлекшись от «Осколков» и колупания расщелины, тот размашистым движением попытался разрубить меня напополам. Тело в гимнастическом кульбите увернулось в самый последний миг, но вот кончик ржавого эспадона задел грудь и распорол плоть. Однако вместо родной крови из раны хлынул небольшой ручей черного пламени, который отпугнул монстра.