Оборванные нити. Том 2

Ольга рассмеялась, а Саблин призадумался, повторил про себя эти слова несколько раз и удовлетворенно кивнул:

— Пойдет. Спасибо. Могу гордиться. Ежели чего еще услышишь приятного про меня — не сочти за труд, сообщи, пополню коллекцию.

Они просидели за столом до часу ночи, выпили бутылку хорошего виски, который принес Чума, и расстались добрыми друзьями. Все недоразумения остались в прошлом.

Татьяна Геннадьевна Каширина, подойдя к двери своего кабинета, уже в который раз с удовольствием бросила взгляд на табличку:

«Заместитель прокурора г. Северогорска по общему надзору, старший советник юстиции Каширина Т. Г.»

Радовала ее эта надпись. Достойный пик карьеры, начатой много лет назад с должности рядового следователя здесь же, в Северогорске, куда ее еще девочкой привезли родители. От этой мысли всегда поднималось настроение. А ведь так хорошо начинать рабочий день с хорошим настроем!

Хотя сегодня такое настроение могло и плохую службу сослужить: на десять утра она пригласила судебно-медицинского эксперта Саблина, того самого, на которого в последний год идут в прокуратуру бесконечные жалобы. О Саблине она наслышана. И «самотеком» информация шла, особенно из департамента здравоохранения и от прокурорских работников, и сама Каширина кое-какие справки навела, чтобы понимать, что из себя представляет этот возмутитель спокойствия. Теперь пора и лично познакомиться.

В кабинете она придирчиво оглядела себя в зеркале, укрепленном на внутренней стороне дверцы шкафа, и осталась более чем довольна. Волосы лежат хорошо, не зря она оторвала полтора часа от ночного сна, встала пораньше и забежала в салон к «своему» мастеру. С волосами у нее вечные проблемы, никак ей не удается заставить их держаться в такой прическе, как ей нравится. И красить приходится регулярно, потому что природный цвет Татьяне Геннадьевне никогда не нравился и уже лет с двадцати пяти она привыкла жить блондинкой. Так что без мастера, знающего все твои особенности, никак не обойтись.

Китель сидел на статной фигуре безупречно, если и были какие-то жалкие граммы лишнего веса, то их под темно-синей плотной тканью не видно. Да и есть ли они, эти лишние граммы? Татьяна Геннадьевна тщательно следила за весом и предпринимала все необходимые усилия для того, чтобы он ни при каких условиях не превышал определенной раз и навсегда отметки.

А вот глаза надо, пожалуй, поправить. Девочки в салоне сделали ей с утра не только прическу, но и макияж, но сегодня почему-то глаза оказались накрашены не так, как ей нравится. Бледновато. Каширина предпочитала более яркий вариант. Она считала, что при ее типе внешности на глаза и кудри должен делаться особый акцент, а все остальное может уйти в тень.