Аномальный наследник. Том 4

Однако необычные щекотливые чувства, когда девушка любовалась красивым юношей, резко сменились привычной рассудительностью, стоило лишь заметить опухший синий палец чемпиона. В следующий миг она увидела обожжённую ладонь. А затем синяк и опухоль на ноге!

«Он ранен! И тяжело дышит!» — тонко чувствующая женственная натура, едва заметно приподнявшая голову во внутреннем мире Софьи Троекуровой, тут же спряталась, уступив место властной Царице лицея.

Софья пристальным взглядом посмотрела на распахнутые окна, на очищенные от снега подоконники, на исходящий паром торс Аскольда. Затем она чуть отошла от кресла и достала из сумки телефон. Найдя номер Ирины Александровны, она нажала кнопку вызова.

— Софья Антоновна, добрый день, — удивлённо поприветствовала её первый заместитель директора."

"— Здравствуйте. Аскольду Игоревичу нездоровится, возможно, он с кем-то сражался. Я сейчас стою рядом с ним в кабинете учсовета, мне нужен дежурный медик. Но, Ирина Александровна, всё должно быть сделано очень тихо. Если у него травма, о ней поползут слухи, которые быстро доберутся до организаторов турнира. Аскольда Игоревича могут не допустить до боя.

— Так, секундочку, — напряжённо проговорила Шапочкина. В трубке повисло напряжённое молчание, но через миг женщина произнесла: — Всё поняла. Скоро будем.

Положив трубку, Софья тихо выдохнула. Теперь нужно понять, что же именно произошло и насколько серьёзны последствия.

Она повернула голову, чтобы посмотреть, как там Аскольд и замерла. На неё смотрели усталые голубые глаза чемпиона.

— Прекрасно выглядите, Софья Антоновна, — нагло улыбаясь, проговорил Аскольд.

— Не могу сказать о вас то же самое, — собрав волю в кулак, невозмутимо произнесла Троекурова. — Вы… нарушаете устав лицея, находясь в кабинете в таком виде.

— Прошу прощения за это, — ответил он, не спеша вставать со стула.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Софья поджала губы. Она уже не сомневалась, что чемпион чувствует себя очень плохо. Ему тяжело и, вероятно, больно.

Так почему в его взгляде столько самоуверенности?!

«Откуда это желание тащить всё на себе одной?! Делать всё самой, взвалив на себя груз тысячелетней истории?»

Она будто бы смотрела в зеркало. Наглое, самодовольное, мутное, но всё же зеркало.

— Вы слишком много на себя берёте, Аскольд Игоревич, — строго проговорила Софья.

— Как и вы, — хмыкнул Сидоров. — Такие мы есть.

— Вы правы, — не стала спорить Софья. — Я поставила на вас деньги, как и мой отец, и многие мои друзья. Так что я взваливаю заботу о том, чтобы вы выиграли турнир, на себя.

— Вряд ли вы поможете мне восстановиться до боя, — хмыкнул он.

— Не попробуешь, не узнаешь, — отрезала она.