Мечников. Том 5. Избранник бога

Надеть на него наручники городовым было трудно, поскольку они едва сошлись на широких запястьях. Уже по рукам мастера я прекрасно вижу, как много ему приходилось ими трудиться. Точно такие же руки у нашего кузнеца Петровича.

— Я понятия не имею, кто они такие, — подтвердил Захаров. — Однако кроме всего прочего я не в курсе, почему меня оклеветали и обозвали предателем Родины! Может, вы всё-таки объясните, с какой стати моя мастерская разгромлена, а я закован в наручники⁈

— А ну, цыц! — рявкнул на него городовой. — Тебе слово не давали, — полицейский вновь перевёл взгляд на нас, а затем спросил: — Какое у вас дело к этому человеку?

Тут мне скрывать нечего. Вряд ли изобретение электрокардиографа можно считать началом заговора против Николая Первого.

— Мы с моим спутником — лекари-изобретатели. Для нового аппарата, который будет регистрировать нарушения сердечной деятельности, нам требуется человек, который разбирается в электрических кристаллах, — объяснил я.

— Допустим, — кивнул городовой. — Однако нас всё же смущает, что вы решили заключить сделку с человеком, который создавал оружие дистанционного нападения. Учитывая ситуацию, которая недавно случилась с императором… У нас нет иного выбора, кроме как забрать вас всех троих в участок и допросить.

— А что случилось с императором? — переспросил я.

— Вы что, газет не читаете? — хмыкнул городовой. — На нашего государя совершил покушение электромант. Поговаривают, что в его арсенале были кристаллы.

В последние недели мне было не до газет. Я потонул в производстве и лечении пациентов. Лишь один раз взглянул в свежий выпуск газеты, когда Владимир Павлов заявил о себе всему миру. После такой новости мне было уже не до продолжения чтения.

— Но государь наш живёт в Санкт-Петербурге, а я в Саратове тружусь безвылазно! — воскликнул Захаров. — Соседа моего спросите! Он не даст соврать, что я из своей мастерской не выхожу.

— Ваш сосед, к слову, нас и вызвал, — заявил городовой. — Он утверждает, что вы ударили молнией в его квартиру. И молния проникла через несколько стен. Скажете, что он лжёт?

— Грифон милостивый! — пожал плечами Захаров. — Ну да, я действительно экспериментировал с потенциалом электрических кристаллов. Но я понятия не имел, что они нанесли ему ущерб! Мог бы сразу ко мне обратиться. А он — сразу городовых вызывать! Тьфу ты, вошь проклятая…

— Алексей, нам нельзя в участок, — прошептал мне Сеченов. — Нас там задержат минимум на сутки.

— Я это и так понимаю. Погоди, сейчас разберусь, — ответил я.

Задерживаться на сутки я не имею права. Тогда мы с Сеченовым потеряем возможность зарегистрировать патент на эндоскоп, который прямо сейчас изучают в ордене лекарей.