Меченный смертью. Том 2

Неким шестым чувством я осознал, что если поводок оборвется, то тварь снова атакует. И, пока это не произошло, надо было действовать.

Я медленно обернулся к Ярцеву. Тот стоял, замерев, и ошарашенно пялился на застывшего монстра.

— Зовите Коршунова. Срочно! Остальные — снаружи. Этого никто не должен видеть. — Я говорил спокойным голосом. Внутри меня крепло ощущение, что, пока поводок держится, тварь находится под моим полным контролем.

Ярцев медленно попятился назад, не сводя глаз со сколопендры. Монстр никак не реагировал. Все его внимание было сосредоточено только на мне. Создавалось такое ощущение, что чудовище, словно дрессированный пес, ждет моей команды.

Я опасался нечаянно повредить поводок монстра, но другого выхода у меня не было: мне нужно было проверить, будет ли эта тварь меня слушаться. И если у меня получится, то я буду первым из жителей империи, кому наконец-то откроется секрет диких погонщиков. А, если нет, то я все равно буду первым… кого сожрет пятиуровневая сколопендра.

Я дождался, пока Ярцев выйдет за ворота и повернулся к монстру. Сосредоточившись на том результате, который хочу получить, я послал ментальный сигнал через поводок к сколопендре. Но ничего не произошло. Монстр никак не реагировал. Я попробовал еще раз, но результат был тот же.

Я понимал, что если сколопендра не будет выполнять мои приказы, то нам ее не одолеть даже в спокойном состоянии. Ее магический щит все еще был на месте. В отличие от снайпера, которого я лишил маны, здесь этот фокус пока не сработал.

Хотя, может стоит попробовать сделать именно то, что я провернул с Игорем? Магию пустоты я все равно уже использовал, когда накинул на тварь поводок, так что на стене, скорее всего, засекли этот всплеск. От второго хуже уже не будет.

Я уже хотел было начать формировать огненный шар, понимая, что вместо него с растопыренной ладони вылетит сгусток пустоты, но вдруг шрам снова начало жечь. А моя, на этот раз левая рука, потянулась к шраму в зачерпывающем жесте.

В этот момент мне показалось, что меня, как глупого школьника, пытаются научить простым и основополагающим вещам. Кто-то помимо моей воли вмешивался в управление моим телом. И первой моей реакцией на этот раз было яростное сопротивление. Ощущение чужого вмешательства сразу пропало. Но в голове возник неясный образ человека, отошедшего в сторону и скрестившего руки. Весь его вид словно говорил: «Ну давай сам. Посмотрим, как у тебя получится.»

Отбросив возмущение, я все-таки решил последовать предложенной подсказке и, поскольку правая рука была уже занята поводком, потянулся к шраму левой. Я представил, что зачерпываю из шрама энергию, и тут же моя ладонь почувствовала вливающуюся в нее чуждую силу.