Огненная кровь. Том 2

— Я хотела сказать тебе — спасибо, — произнесла она тихо, — за то, что ты снова меня спас. И за ту цену, которую ты готов был за это заплатить. И мне снова нечем тебя благодарить… но я хочу, чтобы ты знал — если придётся выбирать, чью жизнь спасти: твою или свою, я, не колеблясь, выберу твою…

Она вздохнула и добавила:

— …Ты спрашивал… Да, мы можем быть друзьями. Хотя я знаю, что ты всё равно нарушишь все свои обещания, потому что ты это ты. Но мы можем попробовать это сделать.

Иррис посмотрела на него и робко улыбнулась.

Это были самые горькие и сладкие слова, которые ему приходилось слышать. Он был почти счастлив и почти убит ими. Потому что она только что сказала, что готова отдать за него жизнь, и это было так сладко слышать, но лишь потому, что чувствовала бремя вины и долга, и вот это было горько.

— Так, значит… теперь друзья? — спросил он, не в силах удержать глупую улыбку.

— Да, — она улыбнулась в ответ, уже уверенно и искренне.

И эта тёплая и такая лучистая улыбка заставила потерять голову, и едва не толкнула Альберта тут же всё разрушить. Шагнуть ей навстречу, сгрести в охапку и поцеловать.

Они говорили ещё долго. О видах с холма, игре света и тени, об ашуманской магии, о всякой ерунде, как два незнакомых человека, встретившихся в чьей-то дружеской гостиной. Они старательно обходили в разговоре историю их знакомства и всё то, что произошло между ними недавно. И Альберт порывался несколько раз уйти, но каждый раз, пытаясь прощаться и делая шаг в сторону, он возвращался с очередным вопросом. Снова и снова спрашивая её о том, о чём она говорила охотно — о картинах, о красках, о лошадях, и откровенно любуясь её воодушевлением.

Альберт совсем растерзал шляпу и бросил её на траву. У него было ещё полно дел, а солнце уже давно перевалило за полдень, но он понимал, что добровольно уйти не в силах, и ждал, когда за него это сделает Иррис — сама уйдёт или просто прогонит его, но она всё не уходила и не прогоняла.

И лишь когда появилась Армана, приглашая хозяйку к обеду, он опомнился и попрощался. Он обещал её не смущать, но она всё равно смутилась. Покраснела и замялась, а потом попросила одну из книг, обещая прочесть её полностью в поисках чего-нибудь полезного. И он отдал ей их все с радостью, потому что понимал, что это повод снова её увидеть. И пусть в этих книгах не будет даже крупицы чего-то полезного — это предлог, чтобы опять встретиться и поговорить, соблюдая установленные сегодня границы.

Он шёл по тисовой аллее, не чувствуя под ногами земли и думая лишь об одном:

Глава 23. Коварные планы

Альберт сначала наведался к Мунсу. Если кто в городе и знает все злачные места, так это он.