Огненная кровь. Том 2

Я хотела сделать это в день помолвки, прямо перед входом в Красный зал, но тогда ты остановил меня! А потом всё совсем запуталось, — Иррис развела руками и воскликнула, — но я боролась, Себастьян! Я хотела победить эти чувства! Я читала книги, нашла способ и разорвала эту связь! Только… это не помогло. И… всё вернулось. Прости меня!

Она говорила и не могла остановиться.

О том, как не хотела его обманывать, как пыталась освободиться от этих чувств, о письмах своим родственникам, о том, что хотела уехать, о том, как ей невыносимо стыдно за всю эту ложь, и что она не хочет жить в этой лжи, и что хуже всего в этом то, что она ужасно перед ним виновата.

Себастьян слушал её молча. Не перебивал. Видел, как блестят слёзы в её глазах, как пылают щёки и понимал, то, что она говорит — правда.

— Я не могу так больше жить, Себастьян! — произнесла она горячо, стиснув пальцы. — Я ненавижу этот дом, я ненавижу твоих родственников, я боюсь каждого угла, каждого бокала с вином, каждого шороха, я всё время чувствую вину перед тобой, за этот обман, за то, что не оправдала надежд, за свои чувства к другому, которых я не просила и не хотела, но они есть! И я ничего не могу с этим поделать. Я прошу — отпусти меня.

— К нему? — голос Себастьяна стал совсем тихим.

— Что же такого есть в нём, чего нет во мне? — спросил он как-то обречённо.

— В тебе есть всё, о чём только может мечтать женщина! Но… то, что произошло — это неподвластно рассудку, — ответила она печально и посмотрела в глубину сада, — если бы я могла победить эти чувства умом, я бы их победила.

Они молчали некоторое время, он смотрел на Грозовую гору, она — в ажурную зелень листьев, и из этого молчания их вырвало только появление Эверинн на террасе.

— Себастьян, Иррис! Мы заставляем нашу гостью ждать. Это уже неприлично!

Себастьян согнул руку в локте, подавая её Иррис, и произнёс тихо:

— Побудь моей невестой ещё немного. Хотя бы до конца этого проклятого обеда…

Иррис кивнула, положила руку на сгиб его локтя, и они направились в зал.

Все собрались, не было только Альберта. Напротив сидел Тибор, а место рядом с ним пустовало, и у Иррис появилось нехорошее предчувствие.

Альберт появился, когда обед уже начался. Поймав недовольные взгляды родни, он прошёл прямиком к важной гостье, рассыпался в изящных комплиментах и извинениях и церемонно поцеловал руку.

— О, Всевидящий отец! — улыбнулась очаровательно Ребекка. — Я помню тебя совсем мальчишкой, а теперь ты так возмужал, и не принадлежи моё сердце Ирдиону, оно бы, безусловно, стало твоим!

Обычная вежливость, не более того, но Иррис видела краем глаза, как Таисса раздражённо отложила нож, а Милена усмехнулась.