Избранные произведения. I том [компиляция]

 — Баллады пишут не для того, чтобы в них верили. Их пишут, чтобы ими волновать. А, чего с тобой говорить! Что ты в этом смыслишь? Скажи лучше, сколько заплатил Агловаль?

— Нисколько. Сказал, что я не справился с задачей. Что он ожидал другого, а он платит за дела, а не за добрые намерения.

Лютик покачал головой, снял шапочку и сочувственно посмотрел на ведьмака.

— Означает ли сие, что у нас по-прежнему нет денег?

— Похоже на то.

Лютик сделал еще более жалостливую мину.

— Все из-за меня. Моя вина, Геральт, ты не в обиде?

Нет, ведьмак не был на Лютика в обиде. Совершенно не был.

Хотя то, что с ним случилось, несомненно, произошло по вине Лютика. Именно Лютик настаивал на том, чтобы отправиться на гулянье в Четыре Клена. Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья. А коли существуют праздники и гулянья, то на них следует бывать.

Геральт не возражал, хотя в перечне его собственных естественных и глубоких потребностей участие в гуляньях занимало далеко не первое место. Однако он согласился сопровождать Лютика, поскольку рассчитывал в сборище людей добыть информацию о возможном задании или занятии — давно его никто не нанимал, и запас его наличных небезопасно уменьшился."

"Ведьмак не держал на Лютика зла за то, что тот прицепился к Леснякам. Он и сам был виноват — мог вмешаться и остановить барда. Не сделал этого, потому что тоже терпеть не мог пользующихся дурной славой Стражей Пущи, именуемых в народе Лесняками, — добровольной организации, занимающейся истреблением нелюдей. Он сам еле сдерживался, слушая их похвальбы о том, как они нашпиговали стрелами, зарезали либо повесили эльфа, лешего или духобабу. Лютик же, который, путешествуя в обществе ведьмака, решил, что он в полной безопасности, превзошел самого себя. Сначала Стражи не отвечали на его задирки, ехидные замечания и наглые намеки, вызывающие хохот у наблюдавших за развитием событий крестьян. Однако, когда Лютик пропел заранее заготовленный хамский и оскорбительный куплет, оканчивающийся вообще-то совершенно нейтральными словами: «Я не знаю о таком, кто б хотел быть Лесняком», возник скандал, завершившийся всеобщей потасовкой, а сарай, игравший роль танцзала, сгорел дотла. Вмешалась дружина комеса Будибога по прозвищу Плешак, которому подчинялись Четыре Клена.