Избранные произведения. I том [компиляция]

Сколько еще пронумерованных шедевров на свободе? Сколько еще подобных чудес сотворили Маласпина, Альзур и Идарран? Сколько сотворил их достойный Ортолан? Скольких еще носящих пластины тварей мне придется убить? Мне, ведьмаку, презервативу и антидоту? Я не получил ответа и прекрасно понимаю — отчего. Относительно же сдержанности: а не пошел бы ты в задницу, Эспара?

Выходя, Рябой хлопнул дверью. Аж побелка посыпалась.

— Хорошего впечатления, — оценил ведьмак, — я, похоже, не произвел. Но и не ожидал, что произведу, потому и не разочарован. Хотя это, похоже, еще не конец, верно? Столько сделать, чтобы меня сюда затащить… И чтоб на том все и закончилось? Ну, если так… Найдется в вашем пригороде какой-нибудь постоялый двор с кухней? Могу я уже пойти восвояси?

— Нет, — ответил Харлан Тзара. — Не можешь пойти восвояси.

— Потому что на этом еще ничего не закончилось, — добавил Пинетти.

* * *Комната, куда его проводили, не была типичным помещением, в каких чародеи привыкли принимать посетителей. Обычно — Геральт успел ознакомиться с тем обычаем — маги давали аудиенции в залах, обставленных весьма строго, порой сурово и угнетающе. И помыслить было нельзя, чтобы чародей принял кого-нибудь в комнате приватной, личной, могущей дать информацию о характере, вкусах и интересах чародея — особенно о роде и специфике используемой им магии."

"Однако нынче все было совсем иначе. Стены комнаты украшали многочисленные рисунки и акварели, все эротического, а то и без малого порнографического характера. На полочках красовались модели парусников, радующие глаз точностью деталей. Маленькие кораблики в бутылках раздували миниатюрные паруса. Многочисленные витрины и витринки были полны фигурок солдат, конницы и пехоты, в различнейших построениях. Напротив входа, также под стеклом, висела препарированная ручьевая форель. Изрядных, как для форели, размеров.

— Садись, ведьмак. — Пинетти, это сразу сделалось ясно, был здесь хозяином. Геральт уселся, поглядывая на препарированную форель. При жизни рыба, должно быть, весила добрых пятнадцать фунтов. Если не являлась искусно выполненной из гипса имитацией.

— От подслушивания, — Пинетти повел рукой вокруг, — нас защитит магия. Потому можем разговаривать спокойно и, наконец-то, об истинных причинах, ради которых мы завлекли тебя сюда, Геральт из Ривии. Форель, которая так тебя интересует, была поймана на мушку у речки Ленты, весила четырнадцать фунтов и девять унций. Была отпущена живой, в витрине находится ее магически воссозданная копия. А теперь сосредоточься, прошу. На том, что будет сказано.

— Я готов. Ко всему.

— Нам интересно, какой у тебя опыт сражений с демонами.

Геральт приподнял бровь. К этому он готов не был. А ведь еще недавно полагал, будто нечем его удивить.