Избранные произведения. I том [компиляция]

— Гости были на седьмом небе! Даже бургомистр Коппенраф доволен, аж сиял, а сукина сына непросто удовлетворить, обычно он крутит носом, мрачный, будто бордель утром в понедельник. Место в городском совете — ха! — у меня уже в кармане. А может, и выше сяду, если… Ты бы не выступил через неделю, Геральт? С подобным спектаклем?

— Только в том случае, — ведьмак дернул чудовищно болевшим плечом, — если вместо вигилозавра на арене будешь ты, Пратт.

— Шутник, ха-ха. Слышал, Лютик, какой шутник?

— Слышал, — кивнул поэт, глядя на спину Геральта и играя желваками. — Но это было сказано не в шутку, а всерьез. И я тоже, совершенно серьезно, сообщаю тебе, что торжества по случаю брака твоей внучки своим выступлением не украшу. После того, как ты обошелся с Геральтом, можешь забыть об этом. Как и о прочих вероятных оказиях, включая крестины и похороны. В том числе и твои собственные.

Пираль Пратт глянул на него, в змеиных глазках что-то блеснуло.

— Не проявляешь уважения, певец, — процедил. — Опять не проявляешь уважения. Напрашиваешься на лекцию? На науку…

Геральт подошел, встал перед ним. Микита засопел, поднял кулак, засмердел мускусом. Пираль Пратт жестом велел ему успокоиться.

— Теряешь лицо, Пратт, — медленно произнес ведьмак. — Мы заключили договор: классический, согласно правилам и при не менее, чем оные, важном доверии. Твои гости удовлетворены спектаклем, ты получил престиж и перспективу на место в городском совете. Я — необходимую мне информацию. Баш на баш. Обе стороны довольны, и теперь мы должны расстаться без жалости и гнева. А вместо этого опускаешься до угроз. Ты теряешь лицо. Пойдем, Лютик.

Пираль Пратт слегка побледнел. После чего повернулся к ним спиной.

— Хотелось мне, — бросил через плечо, — угостить вас ужином. Но вы, похоже, спешите. Поэтому прощаюсь. И радуйтесь, что позволяю вам покинуть Равелин безнаказанно. Поскольку обычно за недостаток уважения я наказываю. Но вас — не задерживаю.

— Весьма рассудительно.

Пратт повернулся.

— Ты это о чем?

Геральт взглянул ему в глаза.

— Хотя ты и предпочитаешь думать иначе, ты не слишком-то умен. Но для того, чтобы не пытаться меня остановить — умен достаточно.

* * *Едва они миновали карстовый провал и доехали до первых придорожных тополей, как Геральт придержал коня, навострив уши.

— Едут за нами.

— Проклятие! — заскрежетал зубами Лютик. — Кто? Бандюки Пратта?

— Не важно кто. Ты — вперед, гони коня что есть мочи к Кераку. Спрячься у кузена. С самого утра ступай с чеком в банк. Потом встретимся в «Под крабом и сарганом».

— А ты?

— Обо мне не беспокойся.

— Геральт…

— Не болтай, а пришпоривай коня. Вперед, гони!

Лютик послушался, склонился в седле и пустил коня в галоп. Геральт развернулся, ожидал спокойно.

Из тьмы вынырнули всадники.