Избранные произведения. I том [компиляция]

В каковую попал тоже благодаря тебе. Верно? Это твоими стараниями я провел в камере неделю?

— Четыре дня.

— Четверо суток. И я хотел бы, если возможно, узнать причины, которыми ты руководствовалась. Обе.

— Обе? — она приподняла брови и бокал. — Есть только одна. Одна и та же.

— Ага, — он сделал вид, что все внимание посвящает Мозаике, хлопотавшей по ту сторону патио. — По одной и той же причине ты на меня донесла и засадила в холодную — и из холодной позже вызволила?

— Браво.

— Тогда спрошу: зачем?

— Чтобы доказать тебе, что — могу.

Он отпил глоток вина. Вино и вправду оказалось хорошим.

— Доказала, что можешь, — кивнул он. — На самом деле, ты могла бы сказать мне об этом попросту, встретив на улице. Я бы поверил. Но ты предпочла сделать иначе и доходчивей. Потому спрошу: что дальше?

— Я и сама над этим задумываюсь, — она хищно взглянула на него из-под ресниц. — Но предоставим событиям течь своим чередом. Пока скажем так: я действую от имени и по поручению нескольких моих собратьев. Чародеев, у которых относительно тебя есть определенные планы. Оные чародеи, которым известны мои дипломатические таланты, посчитали меня подходящей персоной, дабы проинформировать тебя об их планах. На сегодняшний день это все, что я могу тебе открыть.

— Маловато.

— Ты прав. Но пока, стыдно признать, я сама знаю не больше, поскольку не надеялась, что ты объявишься столь быстро и что столь же быстро раскроешь, кто выплатил поручительство. Ибо это, как меня уверили, должно было остаться тайной. Когда я буду знать больше, я больше и открою. Будь терпелив.

— А что насчет моих мечей? Это элемент игры? Тех таинственных чародейских планов? Или тоже доказательство того, что — можешь?

— Я ничего не знаю о твоих мечах, что бы это ни значило и чего бы ни касалось.

Он поверил не до конца. Но дожимать не стал.

— Твои собратья чародеи, — сказал, — в последнее время соревнуются друг с другом в том, чтобы выказать мне антипатию и враждебность. Из шкуры выпрыгивают, чтоб навредить и затруднить жизнь. В любом дурном приключении, с каким сталкиваюсь, я готов искать отпечатки их жирных пальчиков. Череда несчастливых совпадений. Меня ввергают в тюрьму, потом выпускают, затем сообщают, будто у них есть насчет меня планы. И что твои собратья выдумали на этот раз? Боюсь даже предположить. Ты же весьма, признаюсь, дипломатично приказываешь мне быть терпеливым. Но ведь у меня и выбора нет. Я должен ждать, пока начатое по твоему доносу дело попадет на рассмотрение в суд."

"— Однако тем временем, — улыбнулась чародейка, — ты можешь в полной мере наслаждаться свободой и ее благами. Перед судом предстанешь свободным человеком. Если дело вообще дойдет до рассмотрения, в чем я сильно сомневаюсь.