Избранные произведения. I том [компиляция]

Можем ли мы позволить непокорной мазель Цири поехать в Ривию? На встречу с неким ведьмаком, которому вскоре не будет места в жизни? Можем ли мы допустить, чтобы в ней взрастал сентиментализм, от коего вскоре ей предстоит избавиться полностью? Шеала против. Остальные?

— И я против, — заявила Сабрина Глевиссиг. — Тоже из принципиальных соображений. Девушка мне нравится, что уж говорить. Мне нравится ее категоричность и вспыльчивая дерзость. Я предпочитаю это чуть тепленьким галушкам. Я не стала бы возражать против ее поездки, тем более что она, несомненно, возвратится. Такие, как она, слова не нарушают. Но девица отважилась угрожать нам. Так пусть знает, что такие угрозы нас лишь забавляют.

— Я — против, — сказала Кейра Мец, — из практических соображений. Девушка и мне нравится, а упомянутый Геральт нес меня на Танедде на руках. Во мне нет ни крохи сентиментальности, но тогда мне было ужасно приятно. Была бы возможность отблагодарить его. Но нет! Ибо ты, Сабрина, ошибаешься. Девушка — ведьмачка и пытается нас по-ведьмачьи перехитрить. Короче говоря — сбежать.

— Кто-то здесь, — спросила Йеннифэр, зловеще растягивая слова, — осмеливается подвергнуть сомнению слова моей дочери?

— Ты, Йеннифэр, помалкивай, — прошипела Филиппа. — Помалкивай, пока я не потеряла терпения. У нас два голоса «против». Слушаем дальше.

— Я голосую за то, чтобы позволить ей ехать, — сказала Трисс Меригольд. — Я знаю ее и ручаюсь за нее. Я хотела бы также, если она согласится, сопровождать ее. Помочь, если она согласится, рассуждать и взвешивать. И, если согласится, разговаривать с Геральтом.

— Я также голосую «за», — улыбнулась Маргарита Ло-Антиль. — Вас удивит то, что я скажу, но я делаю это в память Тиссаи де Врие. Будь она здесь, она возмутилась бы, услышав, будто ради удержания единства ложи надо применять принуждение и ограничивать личную свободу.

— Я голосую «за», — сказала Францеска Финдабаир, поправляя кружево на декольте. — Причин множество, выявлять их я не обязана и не стану.

— Голосую «за», — столь же лаконично проговорила Ида Эмеан аэп Сивней. — Ибо так велит мне сердце.

— А я против, — сухо заявила Ассирэ вар Анагыд. — Мною не руководят ни симпатии, ни антипатии или принципиальные поводы. Я опасаюсь за жизнь Цири. Под опекой ложи она в безопасности, на ведущих же в Ривию трактах станет легкой добычей. А я опасаюсь, что найдутся такие, которые, отняв у нее даже имя и личность, все еще посчитают, что этого мало.

— Итак, нам осталось, — довольно ядовито сказала Сабрина Глевиссиг, — узнать мнение госпожи Фрингильи Виго. Хотя оно-то, пожалуй, сомнений не вызывает. Позволю себе напомнить вам, дамы, замок Рыс-Рун.

— Благодарю за напоминание. — Фрингилья Виго гордо подняла голову. — Я отдаю голос за Цири.