Избранные произведения. I том [компиляция]

Эх, холя-холя, рыцарская доля…

— Великому и шумно разрекламированному пиру, — начал Геральт, — предшествовала серьезная подготовка. Надо было отыскать Мильву, прятавшуюся в конюшнях, надо было убедить ее, что от ее участия в банкете зависит судьба Цири и чуть ли не всего мира. Надо было почти что силой натянуть на нее платье. Потом заставить Ангулему поклясться, что она поведет себя как подобает даме и уж обязательно постарается избегать слов «курва» и «жопа». Когда наконец мы всего этого добились и уже намеревались было взяться за вино, появился камергер ле Гофф, маршал двора, пуще прежнего воняющий глазурью и надутый как свиной пузырь.

— В данных циркумстанциях[65] я вынужден пояснить, — загундосил камергер ле Гофф, — что за столом ее милости нет мест первых и последних, никто не может обижаться на то, что ему предназначено положение за столом, кое покажется ему ниже его достоинства. Однако же мы здесь, в Туссенте, строго блюдем и чтим давние традиции и обычаи и придерживаемся обсерванции[66]. В соответствии же с оными обычаями, традициями и…

— Переходите, милостивый государь, к делу.

— Пиршество назначено на завтра. Мне надобно рассадить гостей в соответствии с честью и рангом.

— Ясно, — серьезно проговорил ведьмак. — Значится, так: самый достойнейший из нас, как рангом, так и честью, — Лютик.

— Господин виконт Юлиан, — произнес камергер, задрав нос, — являет себя гостем экстраординарно почетным. И как таковой одесную ее милости усажен будет.

— Ясно, — повторил ведьмак, серьезный как сама смерть. — А относительно нас… виконт не пояснил, у кого ранг, титул и честь, в смысле — достоинства каковы?

— Пояснил лишь, — кашлянул камергер, — что ваши милости пребывают здесь инкогнито с рыцарской миссией, деталей каковой, как и истинных имен, гербов и титулов, выдавать вам нет возможности, ибо того не допускают ваши обеты.

— Именно так оно и есть. Тогда в чем же проблема?

— В том-то и проблема, чтобы правильно рассадить гостей! Вы — гости, к тому же соратники господина виконта, стало быть, мне должно усадить вас ближе к голове стола… Промеж баронов. Но ведь не может быть, чтобы все вы, ваши милости и госпожи, оказались ровней, ибо так никогда не бывает, поскольку быть не может, чтобы все, повторяю, ровней были. Ежели кто из вас рангом либо родом выше, то должен при верхнем столе сидеть, при княгине…"

"— Он, — ведьмак не колеблясь указал на вампира, который неподалеку в задумчивости любовался занимающим чуть ли не всю стену гобеленом, — граф. Но об этом — ша! Это тайна, покрытая мраком веков.

— Понял! — Камергер чуть не захлебнулся от восторга. — В данных циркумстанциях… Я усажу его одесную графини Ноттурн и благородно урожденной тетушки госпожи, то бишь ее светлости княгини.