Избранные произведения. I том [компиляция]

Война проявилась не столь эффектно, как в Бругге и Соддене, где по ночам горизонт полыхал пожарами, а днем столбы черного дыма рассекали голубизну неба. Здесь, в Ангрене, было не так зрелищно. Было хуже. Неожиданно возникла стая ворон, с диким карканьем круживших над лесом, а вскоре они наткнулись на трупы. Раздетые и не пригодные для опознания останки являли собою несомненные и откровенные следы насильственной и жестокой смерти. Эти люди были убиты в бою. Но не только. Большинство трупов лежало в зарослях, однако некоторые, зверски искалеченные, висели на ветвях деревьев, подвешенные за руки либо за ноги, протягивали обугленные конечности с погасших костров, торчали на кольях. И воняли. Весь Ангрен вдруг начал смердеть жуткой, отвратительной вонью варварства.

Вскоре пришлось прятаться в оврагах и зарослях, потому что справа и слева, спереди и сзади земля загудела от топота копыт кавалерийских коней. И все новые отряды проносились мимо их укрытий, вздымая пыль.

— Снова, — крутил головой Лютик, — снова мы не знаем, кто кого бьет и почему. Снова мы не знаем, кто у нас позади, а кто впереди и куда направляется. Кто нападает, а кто отступает. Чтоб все это ведьма лысая взяла! Не помню, говорил ли я вам уже, но утверждаю, что война всегда напоминала мне охваченный пожаром бордель…

— Говорил, — прервал Геральт, — добрую сотню раз.

— За что тут дерутся? — смачно сплюнул поэт. — За бесплодную землю и пески? Ведь ничем больше не может похвалиться эта очаровательная страна!

— В кустарнике, — сказала Мильва, — валялись и эльфы. Здесь ходят команды скоя’таэлей. Всегда ходили. Тут им дорога лежит, когда добровольцы из Доль Блатанна и Синих Гор в Темерию тянутся. Ктой-то им эту дорогу загородить хочет. Так я думаю.

— Не исключено, — согласился Регис, — что темерская армия устраивает здесь облавы на «белок». Но что-то многовато этих войск в районе. Подозреваю, нильфгаардцы все же переправились через Яругу.

— Я тоже, — слегка поморщился ведьмак, глядя на каменное лицо Кагыра. — На трупах, которых мы видели утром, явные следы нильфгаардского метода ведения войны.

— Одни других стоют, — буркнула Мильва, неожиданно взяв молодого нильфгаардца под защиту. — А на Кагыра нечего коситься, потому как теперича вы одной одинаковой и дивной долей повязаны. Ему смерть, ежели Черным в лапы попадет, а ты недавно у темерцев из петли сбег. Чего ж теперь гадать, какое войско у нас взаду, какое впереду, которые свои, которые чужие, которые добрые, которые злые. Ныне все они наши недруги, не гляди, какие цвета носят.

— Ты права."

"— Интересно, — сказал Лютик, когда на следующий день они снова затаились в овраге, пережидая, пока пройдет очередная кавалькада.