Древесный маг Орловского княжества (том 4)

И кинжал, что стрела, лезвием чётко вошёл в бревно. При этом ещё и погрузился сантиметра на два–три, хотя я кинул не так сильно.

Только подумал подойти и вытащить, а он сам выткнулся и вернулся мне в ладонь, которую я едва успел раскрыть. Вскоре уже не остаётся сомнений, что он по силе мысли работает. Вот только как он хозяина распознаёт? А то так любой дурак его сможет к себе перетянуть.

— Даша? — Зову подружку, высунувшись в коридор.

Собирается, но ещё не ушла. Поэтому быстро откликнулась и заскочила в номер.

Рассмотрев кинжал получше, магичка восклицает:

— Так это ж «Осиное жало» казанских мастеров! И вроде неплохого уровня. Серебряный клинок, острый, что лезвие. Если затупился, сам затачивается. Где ты откопал кинжал с таким редким зачарованием?

— Нашёл, — пожимаю плечами.

— Нашёл он, — посмеивается магичка и пробует воткнуть в стенку с трёх метров.

А он, недолетая, ко мне в руку летит! Ловлю ловко.

— Всё, прилип к тебе, — комментирует.

— А что для этого нужно?

— Подле себя подержать день–два, чтоб он к цвету силы тела привык.

— К энергетике что ли?

— Ай, всё, снова пургу несёшь, — отмахивается Дарья.

В коридоре уже Руслан копытом бьёт. И эта уже, как на иголках.

— Всё, не держу, гуляйте, — отправляю.

Собрался, одев приличный барский камзол. К Горыне наведался. Сидит, скучает в комнате. При виде меня сразу заявляет:

— Можно я до Малуши схожу, издали хоть полюбуюсь.

— Нет, терпи, витязь. Сам же знаешь, у кого терпения больше, тот и победит.

— Аки стратег, — посмеивается Горыня, глядя на меня с восхищением. Ему уже по дороге мои дружинники растрепали все мои подвиги.

Уточнив, в какой стороне «Удача чудака», вышел на улицу. Сегодня мы пешеходы, как уже понял, по городу лучше на коне не разъезжать. Только если целенаправленно куда–то едешь. Иначе привяжешь где–нибудь и потом уже не отыщешь.

Время к девяти вечера. Но судя по общему шумовому фону, город ещё не собирается спать, особенно на площади галдёж стоит.

По улочке от площади стал удаляться. Примерно понял направление и знаю ориентиры, но после двух поворотов заплутал малость. По тёмному и злачному проулку пошёл. Бочки по стенам стоят, тара всякая, среди которой полёживают, похоже, бездомные.

Думал, нападут, засаду устроят. А миновало, даже размяться не с кем и клинок протестировать. Следующая улочка чуть посветлее. И уже видно главную дорогу, куда мне, собственно, и надо. Но толпа людей, через которую нужно пройти, насторожила. Однако ж попёрся мимо.

Шесть стражников и двое мужчин в солидно–сдержанных кафтанах стоят вокруг тела убитой женщины. Вроде обычная молодая крестьянка, крови не видно под ней. Но судя по выкатившимся глазам и следам на шее, задушили её удавкой.

— Обожди уходить, господин, — вышел один из мужчин, преградив мне путь.