Древесный маг Орловского княжества (том 4)

Поймал себя на мысли, что не очень хочется сейчас с ней наедине оставаться! Обернулся, а Галина за столом в бумагах роется озадаченная. Но в какой–то момент поднимает на меня строгой взгляд.

— Присаживайся, не стой, — кивает на приставной стол, где у неё когда–то бутылка вина стояла.

Уселся на стул подальше.

— Ближе, Ярослав, я не кусаюсь, — произнесла всё же угрожающе.

Пересаживаюсь. Заканчивает с бумажками, теперь всё внимание на меня.

— Какой же ты… дурень, — начинает со вздохом, трёт виски и дальше вымученно. — Прогремел со своей Розой на всю Империю. Такого скандала Вячеслав ещё не получал на свою шкуру. Что ты, что Василиса, стоите друг друга. Как ты вообще её добыл? А с Ратко зачем так? Непобедимого витязя избил, как мальчишку. А дочка Чернавы за тебя чего впряглась? Она что, безрассудностью и бесстрашием от тебя зарядилась? Или ты и её очаровал, кобель малолетний!

— Вы позвали меня, чтоб отчитывать? — Ворчу.

И вылавливаю прожигающий взгляд.

— Молчи, когда я говорю, — бросила повелительно.

— Молчу, ваше сиятельство, — пожимаю плечами.

Смотрит на меня изучающе. Секунд пять длится пауза, и кажется, будто Морозова не знает, где меня ещё клюнуть. Но вроде не так сильно бесится из–за моего спокойствия.

— Скажи мне лучше, где тебя носило всё это время, добрый молодец? — Отчитывает дальше. — Или тебе Академия — это таверна, в которую хочу хожу, хочу не хожу?

— Я город строю, много дел, — отвечаю сдержанно.

— Ммм, как интересно, — комментирует с явной иронией. — И как успехи?

— Хорошо, спасибо, — отвечаю скромно.

— Небось, рублей надо много.

— Три тысячи золотых предварительно, однако потребуется больше, но я справляюсь, — говорю уже конструктивно.

У Морозовой глаза на лоб. Но она быстро подавляет своё удивление.

— Откуда у тебя столько? — Возмущается ещё.

— У вшивого барона столько быть не может? — Закатываю глаза. — Галина, вы меня недооцениваете.

Хмурится, смотрит изучающе. И выдает с нажимом:

— Я действительно тебя недооценила.

— Простите, — вздыхаю. — Это вышло случайно, мы были пьяны.

— Это не важно, ты её обесчестил, — бросает зло. — И что теперь будем делать? Знаешь, такие вопросы обсуждаются с родителями, но у тебя никого нет. Значит, сам за себя и в ответе.

— А как иначе? Даже если бы были, — пожимаю плечами. — Так в чём вопрос, Галина? Остромила беременна?

— К счастью, миновало, — отвечает, вздыхая. — Но это ничего не меняет. Когда тебе исполняется восемнадцать?

— В сентябре.

— Чудесно, Миле ещё будет девятнадцать. В сентябре и справим свадьбу. У нас в калужском поместье. Всё, с этим решили.

Мне даже возразить нечего. Да и как–то страшно, когда речь пошла уже о моём косяке.

Галина подаёт бумаги, которые, видимо, и искала на столе. Грамоты на владения с печатями и подписями.