Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя

Виталик был из тех, кто постоянно жаловался, что попал во френд-зону. Меня это раздражало, ведь ни в какой френд-зоне он не был! Чтобы попасть во френд-зону, нужно быть другом – это первое правило френд-зоны. А Виталик не был другом. Он не приходил мне на помощь, когда у меня сломался компьютер. Не выслушивал мои жалобы на тему «родители меня не понимают». Виталик даже не знал, когда у меня день рождения. Он просто иногда на вечеринках оказывался в одной компании и смотрел на меня из угла своим лицом маленького уличного цыганенка. Цыганенка, который бесконечно клянчит, только не денег, а секса.

Такой знакомый есть у любой девушки, он постоянно сподвигает ее заняться эдакой секс-благотворительностью, трахомеценатством. Идет постоянный прессинг и попрошайничество: «Ну, дай, пожалуйста…» – «Нет!» – «Ну, дай, сколько не жалко…» и все в том же духе. Самое удивительное, иногда этим типам действительно перепадает секс. Потому что им проще дать, чем объяснить, почему нет.

Так вот, несколько месяцев продолжалось это секс-попрошайничество, а потом мой новый парень на новогодней вечеринке подошел к Виталику и сказал: «Отвалил быстро, чтоб я твои яйца в радиусе километра от нее не видел!» И фраза подействовала так же быстро, как аспирин на похмельный синдром, – через полчаса Виталика не было ни на новогодней вечеринке, ни в моей жизни."

"Так вот, возвращаемся в настоящее время, когда мне и Виталику уже под сорок лет. Я захожу в Фейсбук (а надо сказать, самые неожиданные письма из прошлого я получаю именно через эту соцсеть), а там меня ждет письмо от Виталика: «Наталья, ходят слухи, что ты надумала писать книгу о всех своих бывших. Так вот, я надеюсь, ты не будешь афишировать наши с тобой отношения».

В первую секунду я даже порадовалась. Я всегда радуюсь, когда мне пишет кто‐то из моих старых знакомых, особенно парней. Сложно описать чувство, это как найти в старой зимней куртке десять рублей – и радостно, и бесполезно.

А потом перечитала сообщение и очень удивилась, ведь никаких отношений у меня с Виталиком не было: ни сексуальных, ни платонических, ни дружеских, ни даже товарно-денежных. Я осторожно у него спросила, о каких отношениях речь, он ответил: «Ну как о каких… О наших с тобой… Какие-никакие, а отношения». Ну, думаю, тут ты прав. Никакие – это прям в точку.

В общем, я написала ответ: «Виталий, я не буду писать о тебе в своей книге про бывших, потому что, чтобы быть моим бывшим, надо какое‐то время быть моим настоящим».

Сперва на экране ноутбука светилось: «Виталий пишет ответ…», потом ничего, потом опять «Виталий пишет ответ…», потом опять тишина. Как если бы Виталий писал проклятья, но потом перечитывал и осознавал, что можно написать и позлее, стирал и писал снова.