Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Если Владыка Яма находит такие больные слившиеся души, он тут же заключает их на Седьмом уровне для медленного расщепления.

Услышав это, Мо Жань разволновался еще сильнее. В тусклом свете свечей он мог увидеть затаенную боль в глазах Чу Сюня, поэтому продолжил расспрашивать его:

— Почему у этой женщины оказалось две изначальные души? Ведь у обычного человека на седьмой день душа возвращается в тело, затем объединяется с двумя духовными и семью животными духами, потому что для возрождения нужны все десять частей. Если у кого-то есть дополнительная земная душа, возможно, стоило бы собрать их вместе?

— Полагаю, так и есть.

— Господин, женщина, о которой вы говорили…

— Она была мертва, но ради достижения собственных целей Девятый князь вынудил ее вернуться в мир живых... — Чу Сюнь на какое-то время замолчал. Лежащие на колене тонкие пальцы судорожно сжались. — Она вернулась в мир живых и съела живьем собственного ребенка.

— !.. – Мо Жань тут же вспомнил события в древнем городе Линьань, свидетелем которых он стал, попав в иллюзорный мир юйминь Персикового Источника. Ему стало ясно, что «эта женщина», о которой говорил Чу Сюнь, на самом деле была его женой. Должно быть, те воспоминания до сих пор оставались кровоточащей раной в его сердце.

Так значит Чу Сюнь остался в Царстве Нанькэ и не входит в шесть кругов реинкарнации, ожидая, пока на Седьмом уровне Ада от души его жены отделится эта лишняя душа, и тогда они смогут вместе переродиться?

У Мо Жаня язык не повернулся расспрашивать его дальше.

Чу Сюнь тоже не стал возвращаться к этому вопросу. Одной фразы «съела живьем собственного ребенка» хватило, чтобы вытащить на поверхность воспоминания, загнанные в дальний угол сознания. Хотя тело его было призрачным, горло мужчины дрожало от сдерживаемых рыданий.

Закрыв глаза, он сказал:

— В тот момент душа этой женщины разорвалась от боли и слилась в единое целое с душой погибшего ребенка, – помолчав, он все же медленно продолжил: — На самом деле, изначальная душа ребенка в тот момент застряла между ее тремя разумными душами и постепенно срослась с изначальной, став единым и неразделимым целым.

Этот человек, не только при жизни, но и после смерти, был готов, скрыв собственные сердечные страдания, терпеть невыносимые душевные муки ради помощи тем, кто в этом нуждался.

Мо Жань, который видел и понимал его состояние, почувствовал тяжесть на сердце, поэтому не решился продолжить расспросы, сказав только:

— Господин, не нужно подробностей, мне все понятно.

— Я рассказал вам все это для того, чтобы на примере объяснить: если у этого господина Чу, которого вы ищите, действительно две земных души, то, возможно, что одна из них принадлежит не ему.