Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Ему же оставалось только страдать, все глубже погружаясь в эти обжигающие воды[7], в какой-то момент совершенно забыв обо всем, кроме этого чистого, невинного человека, чувства к которому так долго спали в глубине его порочного сердца.

Сейчас, когда Мо Жань сидел рядом с ним, слушая осенний ветер и кваканье лягушек, полной грудью вдыхая запах спелых рисовых колосьев, ему в голову вдруг пришла совершенно нелепая мысль: как было бы прекрасно, если бы они могли провести так всю жизнь… Раньше ему все время казалось, что его в чем-то обделили, поэтому он, как безумный, пытался захватить и ограбить весь мир, но вот сейчас он чувствовал, что у него уже все есть, и не смел желать большего.

Страда обычно длилась около двух недель, и все это время Чу Ваньнин и Мо Жань должны были жить в деревне Юйлян.

Хотя деревенька была не из богатых, тем не менее им с легкостью выделили два пустующих дома по соседству, а вот с меблировкой возникли трудности. Стиснув зубы, жена старосты согласилась выделить им пару кроватей с толстыми матрасами и даже предложила заклинателям помочь застелить постель, но оба мужчины в один голос тактично отказались.

Чу Ваньнин сказал:

— Постель из рисовой соломы хорошо согреет нас. Вы можете оставить кровати себе.

Мо Жань со смехом поддержал его:

— Мы все-таки заклинатели, идущие по пути бессмертия, и не имеем права отбирать у простых людей их одеяла и матрасы.

Чувствуя себя виноватым, деревенский староста снова и снова оправдывался:

— Эх, правда, вы уж простите. Раньше у нас было много матрасов, но в прошлом году злой дух разбушевался, потом деревню затопило и много еще чего...

— Все в порядке, — успокоил его Чу Ваньнин.

После еще пары утешительных фраз деревенский староста с женой, наконец, ушли. Мо Жань помог Чу Ваньнину застелить постель и постарался положить под его циновку и простынь побольше соломы для мягкости. Со стороны он был похож на пса, который в зубах притащил хозяину свою лежанку, планируя потом устроиться у него в изголовье.

Прислонившись к краю стола, Чу Ваньнин какое-то время равнодушно наблюдал за его возней с соломой, а потом сказал:

— Ну хватит уже, и так хорошо. Боюсь, если ты положишь еще, я буду спать не на кровати, а в стогу.

От его слов Мо Жань немного смутился и, почесав голову, сказал:

— Сегодня я не подрасчитал, но завтра обязательно схожу на ближайший рынок, чтобы купить матрас для Учителя.

— Ты уйдешь покупать матрас, а все работы в поле останутся на мне? — Чу Ваньнин бросил на него пристальный взгляд. – Так и быть, просто отлично, – с этими словами он подошел к постели и сделал глубокий вдох. — Пахнет рисом.

Мо Жань попытался возразить:

— Так не пойдет! Учитель, вы же больше всего боитесь холода, нельзя же…

— Зима ведь еще не настала? — Чу Ваньнин нахмурил брови.