Сердце дракона. Том 17

Иначе бы не стоял здесь сейчас со мной.

— Проклятье, Хавер, — Примус схватил брата за плечи и поставил того на ноги. — Ты всегда был наивен, но чтобы настолько? Плевать я хотел на эти предсказания. Я стою сейчас с тобой в этом замшелом баронстве только потому, что сюда приехал ты. И что я буду за старший брат, если не прикрою спину младшему.

Хавер какое-то время смотрел в глаза Примусу, а затем вздохнул. Они коснулись лбами.

— Вместе в любую битву, да? — произнес король какую-то старую фразу, понятную лишь братьям.

— Как всегда, братец, — Примус сжал плечо брата. — Как всегда.

Они отошли в стороны, кивнули друг другу, после чего вместе начертили какие-то символы вокруг спящей Элизабет. Затем Хавер порезал ладонь и кинул окровавленный нож в песок.

— Проклятье! — закричал Хаджар. Он собрал всю волю. Всю силу. Все, что у него было. — Отец! Остановись! Не надо!

Хавер замер на мгновение.

— Ты передумал? — с надеждой спросил Примус.

— Нет… просто… — Хавер обернулся. Он посмотрел прямо на Хаджара, но… не видел своего сына. Он смотрел сквозь него. — Просто показалось наверное.

— Тогда начнем.

— Начнем, — кивнул Хавер и произнес. — Я взываю к тебе, повелитель ночных кошмаров. Явись ко мне Хельмер, левая рука демонов. Я хочу предложить тебе сделку.

Глава 1508

Когда ничего не произошло, Хаджар вдохнул с облегчением. Точно так же, как выдохнул Примус.

— Гадалка эта… Гвел или как её там, просто сумасшедшая старуха, брат.

— Она у меня ничего не попросила взамен.

— Я же говорю — безумная она, — стоял на своем Примус. — то, что…

— Безумие… что ты знаешь о безумии, рожденный предателем?

Хаджар мысленно выругался.

Примус и Хавер, выхватив оружие, развернулись лицом к угрозе и спинами закрыли лежащую на земле Элизабет. А там, на перекрестке четырех дорог, из тьмы постепенно выбирались на свет черные комочки.

Они роем кружили по песку старых путей, пока не сформировали арку. И из этой арки вышло существо, слишком хорошо знакомое Хаджару. Его серый, хищный плащ, где каждая прорезь — клыкастая пасть, развевался на ветру. Из-под пол широкой шляпы, на лице обтянутым тонкой, серой кожей, сверкал один единственный желтый глаз.

В руках он держал истекающую кровью сферу.

— Боги и демоны, — выдохнул Примус. — боги и демоны… это не сказки, — он неустанно осенял себя. — боги и дем…

— Демон, — перебил Хельмер. В своей привычной манере он уселся на сформировавшееся из его подвластных кошмаров кресле и, положив сферу в специальное углубление, скрестил пальцы домиком. — Итак, смертные, я слушаю вас.

Хавер с Примусом переглянулись. Они боялись. Это было видно. Это буквально чувствовалось в атмосфере. Полная страха и, еще куда больше — удивления.