Сердце дракона. Том 17

Тот тут же покинул ножны и лег ему в ладонь.

– Не знаю, как принято у южан, воин, но на севере чтят законы гостеприимства, оставленные нами матерями наших матерей.

Около очага сидел человек. Внешне он ничем не отличался от обычных людей. Достаточно высокий, чтобы выделяться на общем фоне. В меру мускулистый, но мышцы явно ему были нужны не для битвы или охоты — скорее, ради ремесла.

Волосы были затянуты в тугой узел тонких косичек. Густая борода лежал на фартуке.

Он что-то помешивал в котелке, после чего поднял с огня и бережно поднес к противоположной койке. Там лежал Артеус весь в бинтах и повязках, он тяжело дышал и что-то шептал. Кажется – бредил. Звал кого-то по имени Рейка.

– Его душа бродит в потемках дома предков, — произнес неизвестный. Он опустился на стул и, откинув одеяла с тела мага, смочил в котелке кусок ткани и начал смазывать им повязки. - Он видит прошлое своих праотцов. И если заплутает там, то уже не вернется к нам. Сегодня будет решающая ночь. Если он сможет понять, где он, а где чужое прошлое. То будет жить.

Хаджар опустил меч. Если бы незнакомец хотел, то смог бы давно прикончить их обоих. А не заниматься врачеванием. На Хаджаре ведь тоже были повязки. И они пахли травами и кореньями. И чувствовал он себя куда лучше, чем должен чувствовать человек, едва не шагнувший в сторону круга перерождения.

– Кто ты?"

"– Кто я? – переспросил незнакомец. – Сложный вопрос, южанин. Когда у меня хорошие дни, я стараюсь думать, что знаю кто я. А когда плохие… что же – куда чаще случаются плохие, так что, как и все мы, живущие под светом мертвых звезд, я не знаю – кто я.

Очередной философ. Хаджар пожалел, что рядом с ним нет Эйнена. Островитянину было бы проще найти с этим странным человеком, одетым в простые, но добротные и теплые одежды, общий язык.

– Как тебя зовут?

– Мои отец и мать дали мне имя – Бадур, – не оборачиваясь ответил незнакомец. – Среди снегов и льдов я нашел свое собственное имя – Пагеред. Оно значит – Ищущий Себя. И, увы, пока я все еще не нашел.

– Бадур Пагеред, – произнес Хаджар, словно пробуя это имя на вкус. – спасибо, за приют и помощь. Меня зовут Хаджар Дархан и…

– Я знаю, как тебя зовут, Ветер Северных Долин, – перебил Бадур. – я слышал твое имя в ветре. Тот и привел меня на южный склон. Будь это иначе, ты бы уже пировал с праотцами в их доме.

– Ты с севера, – не спрашивал, а утверждал Хаджар.

– Это так, южанин, – не стал отрицать Бадур.

Южанин… Хаджар не помнил, чтобы к нему так обращались. Обычно это он считал жителей долин и империй – южанами. Хотя нет. Все же – помнил. Так к жителям Людуса относились Балиумцы.

Что же – мудрецы говорят, что жизнь иронична в своей цикличности. И, видимо, не врут.