Сердце дракона. Том 17

– Когда вы с Эйненом уехали… как, кстати, этот лысый островитянин?

Шакх сделал ход и Хаджар задумался над тем, как ему лучше ответить. Не на вопрос, разумеется, а на ситуацию, сложившуюся на доске.

— Живет в Даанатане. У него семья и дети. Старший путешествует, остальные, насколько мне известно, остались с родителями.

– Женат? Семья? – искренне удивился Шакх. – Что за сумасшедшая женщина согласилась связать себя узами с этим радужно-глазым?

Хаджар улыбнулся и подвинул слона дальше по полю.

– Эльфийская женщина.

— Вечерние Звезды! — воскликнул Шакх. – Слышат предки, я думал, что это мне посчастливилось пережить невероятные приключения, но теперь вижу – вы времени даром тоже не теряли.

Хаджар, наблюдая за фигурами на шахматной доске, вспомнил все, что с ними произошло после того, как они покинули Море Песка. Школа боевых искусств, орки, демоны, дворцовые интриги, война…

— Вижу, и у тебя есть пара шрамов, — Шакх провел ладонью по груди. Он вовсе не имел ввиду те полосы, что теперь украшали его лицо.

– У кого из нас их нет, старый друг.

Шакх не ответил. Не сразу. Они расстались в Подземном Городе не на лучшей ноте. Шакх долгое время винил Хаджара и Эйнена в том, что произошло с Шакаром и Ильменой. Но…

— Ты прав, старый друг, – кивнул он и сделал ход фигурой.

Но кто старое помянет…

– И все же, — вздохнул Хаджар и посмотрел на небо над головой. Ясное, лишь с несколькими кучевыми, неспешно плывущими среди лазурного океана. - Всего два дня…

– Представь мое собственное удивление, Хаджар, – в глазах Шакара, окрашенных пустыней, отобразились теплота и ностальгия. – Она появилась на пороге Подземного Города. Могущественнее богов и демонов. Небесный Император средней стадии. Ты бы видел старика. Тот едва ли душу ей не продал.

Стариком Шакх называл Рахаима. Колдуна, правящего Подземным Городом Моря Песка, а так же создавшего своего клона, который и владел караваном, где пересеклись судьбы Хаджара и Шакха.

– Она сказала, что хочет исследовать Библиотеку Города Магов. Или, хотя бы, то, что от неё осталось. Мы около месяца путешествовали по пустыне в поисках обломков и осколков. Вели беседы и… ну, ты сам понимаешь. Я рассказывал ей о себе, она о себе и своей родине… Вокруг бесконечные пески, а над головой Вечерние Звезды.

Хаджар мысленно добавил, что сердце Шакха тосковало по теплу, а женщины, достигшие таких ступеней развития и пережившие так много трансформаций тела, редко когда лишены неземной красоты."

"Их даже описывать бесполезно, потому как каждая будет достойна собственного зала портретов и скульптур в лучших дворцах.

– Не знаю, что её привлекло во мне, – пожал плечами Пустынный Мираж (татуировка Имени украшала его левую руку) и подвинул фигуру ладьи.