#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 23

— Но твой супруг… — она поднимает взгляд на Лакомку, и в её глазах появляется нечто сродни благоговейному ужасу. — Он выглядел в точности как Мефистофель. Те же размеры рогов, та же эбонитовая чешуя…

Она умолкает подавленно.

Лакомка тихонько покачивает Олежика, задумчиво водя пальцем по его пухлой ладошке.

— Вот оно как… — негромко произносит главная жена рода Вещих-Филиновых, рассеянно глядя на сына.

О, мелиндо точно найдёт это интересным. Это не может быть просто совпадением.

Она улыбается, но внутри клубится тревожное предчувствие. Почему Даня принимал облик бывшего ухажёра её мамы? Это не случайность. Может, это какое-то астральное оружие. Может, он использовал его в борьбе против Демонов.

Мелиндо такой изобретательный и находчивый, что порой его решения… ну, скажем так, очень оригинальны.

Олежек вдруг смеётся — звонко, заливисто.

На его головке начинают проступать крохотные, гладкие рожки.

— И этот красавец тоже разобьёт сердце не одной альве… — вздыхает Алира, глядя на внука с лёгкой улыбкой.

Лакомка медленно моргает. Похоже, у мамы рога — это уже фетиш.

* * *Я молчу, смотрю княжне прямо в глаза. В стороне что-то вспыхивает — ярко, ослепляюще, так что все инстинктивно сворачивают головы.

— Светлана Дмитриевна, — строго замечает Кострица. — Снимите доспех и погасите фаербол. Нельзя давать волю эмоциям.

— Ой! — ойкает Светка и поспешно тушит пламя в ладони.

Краем глаза замечаю, как блондинка виновато ёрзает. Ну, жену можно понять. Не каждый день твоему мужу предлагают руку, сердце и княжество в придачу. Ирина Герасимовна, видимо, слишком напугана возвращением в реальный мир и сразу пошла ва-банк. Нет сомнений, что стояло за ее предложением. В конце концов, без брака со мной она бы и титул князя передать не смогла.

Я не спешу с ответом, просто наблюдаю. Княжна смущённо опускает глаза, пальцы чуть сжимаются в кулак. Ну вот, сама поняла, что сморозила, бедняжка.

Наконец, спокойно говорю:

— Ирина Герасимовна, боюсь, этот вопрос пока не актуален. Давайте хотя бы до Кремля доберёмся, осмотримся, а там уже подумаем над остальным.

Она резко отводит взгляд, виновато кивает.

— Да-да, простите, Данила Степанович. Я правда поспешила…

Ну что сказать. Бывает.

Я улыбаюсь, мягко, но уверенно:

— Не стоит себя корить, Ирина Герасимовна. У вас больше права на ошибки, чем у кого-либо другого.

Княжна снова кивает, и напряжённость в её лице чуть смягчается.

Когда повозка трогается с места, у меня появляется шанс заняться действительно полезным делом — подумать над перспективами. Недодемоны тянут, маршрут знакомый, времени предостаточно.

Конечно, княжну можно понять. Десять лет отсутствовала в этом мире, вернулась — а тут папа того… Бедняжка осталась сиротой и явно боится будущего.